Утром милиция освободит, — пообещала ему сердобольная Наташа.
— Да нет же, — запротестовал Петечка. — Мы бы вернули книги обратно, честное слово. Они нам не нужны. Мы хотели сделать так, чтоб наш босс больше не мог нами вертеть по своему усмотрению. У нас есть его удостоверение с работы. Оно с фотографией и настоящими Ф.И.О. Мы планировали оставить его на месте кражи. Книги он будет держать у себя в городской квартире. И когда мы сообщили бы в милицию, где хранится украденное, то ему уже было бы никак не отвертеться.
Все улики на месте.
— А вы сами как же выкрутитесь? Если возьмут вашего босса, то он вас выдаст, как пить дать. Просто из мести, но обязательно выдаст.
— У нас будет алиби. Мы все четверо будем в гостях у наших общих знакомых, и повесить ему на нас ничего не удастся.
— Ну а если бы вас взяли с поличным? — упорствовала я.
Амелин сделал попытку пожать плечами, а потом неохотно сказал:
— Риск всегда есть. В любом деле.
Мы переглянулись с Наташей, не зная, на какие действия решиться.
— Придется их развязать. Не можем же мы оставить их в таком беспомощном состоянии, — предположила я.
— Ты поможешь нам обезвредить другого грабителя? — нависла Наташа над Амелиным, который был согласен на все.
— С радостью! — воскликнул он. — Ну, развязывайте скорее, поторапливайтесь. Вы и так кучу времени потратили на бесполезную болтовню.
Мы распутали узлы на его руках и, предоставив ему развязываться дальше самостоятельно, переключились на Асю.
Мы освободили ее довольно быстро, опыт помог, но в чувство не стали пока ее приводить. Мы решили, что так ей будет безопаснее. Амелин с нами охотно согласился. Он только ощупал ее со всех сторон и, убедившись, что вся она на месте и ничего особо ценного не пропало, успокоился.
— Все-таки он ее любит, — с легкой завистью в голосе шепнула мне Наташа. — Видишь, как беспокоится.
Покончив с лирическими отступлениями и спасательными акциями, мы дружным фронтом выступили против нашего врага, который окопался в редкой книге и не подозревал об угрозе, нависшей над ним или, скорее, уже надвигающейся на него.
А угроза была вполне реальной и теперь к тому же в трех лицах. План действий сложился как-то сам собой по дороге. Он поражал своей бесхитростностью и прямотой.
— Подкрасться сзади и дать по башке, как он мне, — решительно высказался Амелин.
В этой фразе и заключался целый план.
