Нет, ну надо же было закопать себя в такое болото! И не с кем-нибудь, а с Алисой! Если Хотон-хон узнает…
Его мысли прервало громкое урчание — похоже, в животе у Алисы. Эндан поднял взгляд на свою беду: длинная, тощая, она сидела на краешке кресла с отрешённым видом, как будто собиралась упасть в голодный обморок.
— Алиса… А вы давно ели?
— Что? — она встрепенулась и огляделась, словно забыла, где находится.
— Я говорю, не хотите поужинать пока? Ждать час.
— А. — Она задумчиво потёрла себе живот. — Можно поужинать, да.
Эндан снова взялся за телефон и позвонил на дворцовую кухню. Алиса внезапно сосредоточила на нём взгляд и с трудом дождалась, пока он договорит, чтобы спросить:
— Вы доставку еды заказали?
— Нет, тут во дворце кухня есть, — пояснил Эндан, соображая, чем был вызван вопрос. Что-то она у него раньше спрашивала про доставку. Приуныла вон. — А вы хотели из трактира?
— А так можно? — оживилась Алиса. — А то я готовить не умею, а почта далеко, не набегаешься…
Эта женщина заказывала себе еду с Земли.
С Земли!!! Да скажи она хоть слово, Эндан бы сам ей всё… Стоп. Это не его женщина. Он не имеет права её кормить, как бы ни хотелось.
— С трактиром можно договориться, — процедил он сквозь сжатые зубы. — Заранее заплатить, а потом от этой суммы заказывать по телефону.
— О! — Глаза Алисы загорелись. — А вы не можете мне наговорить на запись, что им надо сказать для этого? На всеобщем-то не поймут, наверное.
— Хотите, я с вами схожу и договорюсь? — тут же предложил Эндан и спохватился.
Да что ж такое, будет он уже наконец себя в узде держать или как⁈ Он не обязан оказывать Алисе такие услуги и никому другому бы ни в жизни не предложил.
— Не надо, — насупилась Алиса. — Я сама могу. Я всё могу сама! Мне не нужен ещё один папа!
Эндан попытался осмыслить это заявление. Он же не настолько её старше… Да вообще не старше, если подумать, а с учётом сложности пересчёта возрастов между Землёй и Мудангом, может, и младше.
— О чём вы?"
"— О том! — возмущённо продолжила Алиса.
Она была похожа на разбуженного ёжика: так же тарахтела и топорщила иголки, и Эндану пришлось до крови прокусить себе язык, чтобы не потянуться её погладить. Боги, когда уже кончится эта пытка? — Он всю жизнь каждый мой вздох контролирует. Ешь это, спишь тут, работаешь там, сюда не ходи, сюда ходи… И тут вдруг это всё кончилось! Я не хочу снова обратно! Я могу жить сама, не надо меня кормить с ложечки!
У Эндана внутри что-то просто узлом завязывалось.
