Эсарнай приподняла бровь и присела на подлокотник его кресла — как пить дать переняла эту манеру у Хотон-хон!
— С чего это моего сладкого барсика интересуют переодевающиеся госпожи?
Экдал расплылся в широченной улыбке — до знакомства с Эсарнай у него таких мышц на лице не было!
— Не интересуют, — он снова приподнял короб. — Ей надо обед передать, а мы с братом опасаемся. Выручишь?
— Я бы с радостью, — приторно улыбнулась Эсарнай, — но там ещё и двое мужчин переодеваются, я потому и ушла.
Эндан понял, что сейчас взорвётся.
Эта маленькая дура там — с двумя мужиками! Он понятия не имел, что ему с того, но между её кромешным бесстыдством и сахарным заводом, который возвели тут в холле брат с женой, Эндан больше не мог терпеть. Обложили со всех сторон!
Он рывком встал, выдернул у Экдала из руки короб и ворвался в гримёрку. Сощурившись, чтобы не очень чётко различать детали сквозь ресницы, он приметил тонкую фигуру, сиявшую светло-розовой кожей — слишком большим простором светло-розовой кожи, и, отвернувшись, ткнул в её сторону короб.
— Обед, — выдавил он сквозь зубы.
— А! — удивилась Алиса. — А я ела уже.
— Опять жареных беляшей каких-то нарубалась? — проворчал из глубины комнаты мужской голос. — Смотри, если брюхо прихватит посреди выступления, больше никуда не поедешь.
— Я и так не поеду, — огрызнулась Алиса и выругалась под нос. — Этот… э, Ясень, а вы мне не поможете молнию застегнуть?
— Нет, — рявкнул Эндан, шваркнул короб на подзеркальный стол и вымелся прочь.
В коридоре он чуть не снёс переводчика, который что-то узнавал у директора Дома певцов и теперь мчался передать это директору оркестра.
— О, Ясень-хон, нам воду не подвезли, надо бы купить в городе, пока лавки открыты, а то музыкантам же надо…
— Да пускай передохнут все! — рыкнул Эндан и прямиком прошагал на улицу. Нет, ехать с этим оркестром в тур было очень плохой идеей.
Ясень её избегал. Алисе не пришлось прилагать никаких усилий, чтобы это заметить: она прекрасно знала, как это выглядит.
Её избегала куча народа, и обычно Алису это полностью устраивало. А вот теперь почему-то было обидно. Она его даже не обматерила ни разу и на пальцы ему не наступала. Ну вот как он прознал, что она ненастоящая? Кто-то из оркестра, может, предупредил?"
"Она бы и хотела надеяться на такой вариант, да только внутренний голос подсказывал: сама ты, сама его отпугнула, никто не помогал. Потому что у тебя папа и куклы, ненавистная скрипка и тайное программирование.
