На следующее утро она притащилась с футляром в репетиционный зал. У Томислава были какие-то идеи обновления репертуара, надо было сосредоточиться, а Алиса каким-то образом за две недели отвыкла от толкучки на телепортационной станции и в битком набитой общественной авиетке. Когда Алиса спустилась в подвальчик небоскрёба, где они работали, она уже была готова кого-нибудь покусать.
—…приглашение на Кинину, — как раз говорил Томислав. — Виза не нужна, но анкету заполнить надо, отправляемся в пятницу.
Алиса замерла на полушаге.
— Мы ещё куда-то едем? — изумлённо спросила она. Такая возможность ей в голову не приходила!
Томислав едва заметно поморщился.
— Насчёт тебя неясно пока, посмотрим. Ну, все в сборе, давайте настраиваться!
Алиса с трудом заставила себя попилить скрипку до обеда и не надоедать Томиславу с вопросами. Однако в перерыве, стоило ей нацелиться на него, он куда-то испарился с телефоном у уха.
— Почему насчёт меня неясно? — спросила она ударника, который с Томиславом вроде как и помимо работы зависал.
Тот собрался было что-то ответить, но потом скривил невнятную рожу и пожал плечами.
Алиса жевала свои зерновые батончики, бессмысленным взглядом таращаясь в телефон, где не было ничего нового или интересного, в ожидании, когда Томислав вернётся, и даже не сразу заметила висящее в панели уведомлений сообщение. Ей писал начальник брата!
Алиса уронила телефон, опрокинула чай и окунула в получившуюся лужу батончик, прежде чем совладала со своими руками. Дрожащими пальцами она развернула шторку и прочитала сообщение.
Это была ссылка на профиль психолога на сайте клиники с припиской «вот эта».
Кто-то зудел над ухом на тему того, что Алиса развела слякоть и даже не пытается убрать за собой. Она поспешила выйти в коридор, чтобы не отвлекаться. Набрать «спасибо» и так было слишком трудно: пальцы не слушались, в глазах всё плыло. Он вспомнил! Не просто вспомнил, а ответил! Алиса вот так внаглую попросила, и он нашёл контакт! Разве так могло быть? Может, ему что-то ещё нужно? Никто бы не стал ради Алисы работать даже лишние пять минут, а это ж надо было поднять личное дело брата или что там…
В своих мыслях Алиса не заметила, как поднялась на улицу, где чуть не упёрлась лбом в спину Томислава.
Он стоял на тротуаре, едва выйдя из-под козырька, обрамлённый силуэтом узкого небоскрёба через улицу. Тёмное стекло отражало стальное небо, как водная гладь, рассечённая только зеленью балконных джунглей.
— Да кто бы знал, — говорил Томислав в свою трубку.
