Из западни

Кто-то из моряков даже посчитал это признаком его душевного надлома, «заявкой на геройскую гибель, которая все спишет». Но тут всех изрядно удивил командир единственного броненосного крейсера первой эскадры каперанг Роберт Николаевич Вирен. Теоретически, по паспортным данным, «Баян», далеко не мелкий крейсер, никак не мог просочиться сквозь игольное ушко, оставшееся после затопления «Фусо». Но устроив двухдневный аврал команде по выгрузке угля, боезапаса и вообще всего, что не было приклепано к корпусу намертво, Вирен с помощью двух буксиров смог, буквально обдирая краску на борту, протащить свой облегченный крейсер через проход.

В сумерках «Баян» на внешнем рейде авралил, принимая обратно с барж боезапас и уголь, а Вирен, яростно жестикулируя, уламывал Макарова выбрать его в качестве флагмана. Все же лишние семь дюймов брони в суматохе ночного боя предпочтительней для выживания адмирала, чем пяток дополнительных узлов «Новика». Тем не менее заставить Степана Осиповича лишний раз не рисковать собой смог только наместник, который уже собирался выезжать в Мукден, дабы координировать действия русских вооруженных сил в случае блокады крепости.

Поначалу Алексеев попытался вообще запретить Макарову вести крейсера в бой. Риск действительно был весьма велик. Однако тот ответил просто и лаконично: «Моя похлебка, Евгений Иванович, мне и расхлебывать!»

Разнутренный Стесселем и ощущением личной ответственности за происшедшее, понимающий, что успех третьей закупорочной операции Того – это следствие его недогляда и упрямства, – предупреждал же Руднев! в результате все усилия трех месяцев пошли насмарку, – Макаров был просто вне себя.

Дать решительный бой японцам сразу по вступлении в строй завершающих ремонт кораблей теперь он не мог. Вдобавок японцы получили вожделенный шанс обложить крепость с суши и начать обстрел наших кораблей в гавани. Точь-в-точь как они разобрались с адмиралом Тингом! Поэтому не удивительно, что, памятуя о печальном конце незадачливого китайского предшественника, Степан Осипович рискнул пойти ва-банк, поставив на карту все, что только сумел наскрести.

Удивительно другое. Такого разворота событий совершенно не ожидал адмирал Того со своим вышколенным штабом. В противном случае исход дела у Бицзыво мог бы стать совсем иным. Да и охранять Артур оставались исключительно старые минные крейсера и клиперы.