– Сколько же вас по наши души?!
Он бросился к мальчику, рассчитывая, успеют они подняться на гору или нет, и в этот момент понял, что всадники на этот раз выглядят иначе и скачут на обыкновенных лошадях. Светлов добежал до Будимира, оглянулся.
– Как ты думаешь, кто это?
– Наши, – несмело улыбнулся мальчишка.
– Кто – наши? Отец, что ли?
– Скорее всего это воины князя Мстиши. Ростислав разглядел доспехи скачущих всадников, кольчуги, бармицы, шлемы, опустил меч.
– Вот, значит, кого испугался «чекист». А я-то подумал – моего меча.
Всадники стальной лавиной пересекли ложбину, остановились напротив, выстроились шеренгой: молодые, бородатые, суровые, с ясными голубыми или серыми глазами, в которых читались гордость, сила, сдержанность, бесстрашие и любопытство. Вперед выехал крупнотелый воин без шлема, с золотыми кудрями и такой же золотистой бородкой. Поклонился.
– Здравы буде, путники. Просим прощения за опоздание. Пришлось задержаться на границе, мерзость порубать.
Говорил он на старорусском языке, таком же, какой вспомнил недавно Ростислав.
– Откуда вам известно, княже, о нашем появлении?
– Я не князь – сотник, князь ждет вас в стольном граде. Зовут меня Витко. Весть о вашем прибытии пришла троедни, мы сразу на коней и сюда, но задержались.
Ростислав с недоумением посмотрел на Будимира.
– Ты что-нибудь понимаешь? Они знали о нашем появлении три дня назад... когда мы были за тридевять земель отсюда!
– Кто-то здесь знал, что мы непременно посетим Свентану.
– Кто?
– Не знаю, дядя Слава.
Может быть, князь Мстиша.
– Выходит, за нами установлена слежка? Все наши действия контролируются? Мне это не нравится. Будимир промолчал.
– Коней нашим гостям, – приказал сотник.
К землянам подвели лошадей.
– Он поедет со мной, – твердо сказал Ростислав.
– Как прикажете, – кивнул Витко.
Ростислав подсадил мальчика, легко запрыгнул в седло сам.
– А говорили, что меченоша у Избавителя хромой, однорукий и старый, – прищурился сотник.
– Кое-кто тоже так считал, – сказал Ростислав, кинув взгляд на неподвижные тела «чекистов».
Сотник понимающе усмехнулся, вскинул вверх кулак, и отряд двинулся к мосту, оставляя позади угрюмый пирамидальный монумент – гроб Святогора.
Глава 4
Спустя два часа отряд остановился на краю еще одного угрюмого, серого, с черными, коричневыми и рыжими проплешинами поля. Когда-то здесь рос лес, теперь же из земли торчали только обгорелые толстые пни, да кое-где виднелись до половины утонувшие в почве стволы.
