Наконец впереди показался просвет, и они вышли на край просторной поляны, поросшей густой метельчатой травой по пояс человеку, на которой стояла мощная изба из потемневших от времени, толстых – едва ли не метрового диаметра – бревен. Остроконечная крыша у нее была крыта черной от времени и непогоды соломой, а окон изба не имела вовсе. Да и двери видно не было. Вид это строение имело такой, будто стояло здесь испокон веков.
– Избушка, избушка, стань к лесу задом, ко мне передом, – тихо пробормотал Ростислав.
Сухов сделал шаг вперед, но Вуккуб резко бросил:
– Стойте! Поляна вокруг избы поросла разрыв-травой, ноги повредите.
"
"Он отломал сухую сосновую ветку, плюнул на нее и бросил почти на середину поляны, будто она была копьем. Ветка тяжело упала в траву, и тотчас же метельчатые стебли набросились на нее, стали гнуть и ломать, пока не разорвали на мелкие щепки. Трава успокоилась, стебли разогнулись как ни в чем не бывало.
– Эй, хозяйка, – позвал Вуккуб и добавил гортанным голосом:
– Марга бан-хаан.
Раздался длинный скрип.
Ростислав поежился, прижимая к себе Будимира.
Изба вдруг колыхнулась, задымилась, стала вырастать вверх, словно выпрямляла ноги. Ростислав и впрямь ожидал увидеть куриные ноги, воспетые в сказках, однако вместо ног изба опиралась на два дымных столба, похожих на туго скрученные смерчи.
– Что это?..
– Врата в миры Веера, – сказал Такэда, понимая удивление Светлова. – Давным-давно произошла подмена понятий, отчего курьи ножки стали представляться в сознании людей куриными.
На самом деле старорусское «кур» – это дым, туман.
В сплошной до этого момента стене избы протаяла черная прямоугольная дыра, из нее высунулась языком толстая доска, на которую ступило какое-то огромное, пузатое, волосатое существо в лохмотьях. Лицо существа тоже заросло зеленоватыми волосами, так что разглядеть можно было только большой белый нос картошкой и крошечные глазки-бусинки под мохнатыми бровями.
– Проложи дорожку, Резя, – попросил Вуккуб. – Гости пришли.
– Не ведено, – густым басом проговорило существо.
– Исполняй, а то заколдую!
– Спробуй, коли духу хватит, – хихикнул заросший волосами пузан. – Цепняков спущу!
Вуккуб покосился на спутников, достал из-под полы своей меховой куртки посох с изогнутой, похожей на волчью лапу ручкой, направил острие посоха на избу.
– О-ба-ннах!
С острия посоха сорвалась неяркая голубая искра... и ушла в землю в десяти шагах.
– Ёра, а сполагоря схизнешь , – снова захихикало существо.
