Проезжая часть моста была обшита толстыми плахами, часть которых рассохлась, отчего они торчали дугами в разные стороны, часть же отсутствовала вовсе. Судя по всему, мост был очень стар и простоял здесь не одну сотню лет. Во всяком случае, по нему уже давно никто не ездил.
За мостом на той стороне реки торчала кособокая хибара без крыши, и Ростислав с невольной усмешкой подумал, что это блокпост. Или погранзастава.
– За рекой – Олирна, – тихо проговорил Будимир, ежась, как от холода. – Там все горело... Ростислав тоже чувствовал себя неуютно, однако держался уверенно и спокойно, как и положено взрослому человеку с немалым опытом.
Он понимал, что мальчишка нуждается в поддержке и зависит от настроения спутника, несмотря на все свои магические возможности. Сам он к своему новому положению еще не привык, иногда замечая, что по привычке прижимает локоть вылеченной руки к боку и прихрамывает, держа исцеленную ногу прямой.
– Странная река, – заметил он.
– Смородина. А это Калинов мост, – отозвался Будимир.
– Впору действительно вспомнить сказки про Чудо-юдо рогатое.
Сейчас из-под моста вылезет трехголовый змей и... – Ростислав не договорил.
Вода в реке забурлила, заходила бурунами, взметнулась фонтаном, и из нее вылезла голова гигантской рыбы, похожей на небольшого кита с усами. В тот же момент на нее что-то свалилось сверху, словно из воздуха соткалась черная сеть и вдавила рыбину в воду.
– Мать моя женщина! – охнул Ростислав. – Вот это сомище! Всем сомам сом!
Голова рыбы вынырнула вновь. Люди почувствовали на себе чей-то тяжелый предупреждающий взгляд.
У гигантского сома, живущего в реке, тоже были глаза, но впечатление складывалось такое, будто кроме него на путешественников посмотрел кто-то еще.
– Помогите!.. – раздался в голове Ростислава шелестящий хрипящий голос.
Над водой снова сформировалась из ничего черная сеть паучьего рисунка, упала на сома-великана, увлекая его в воду. Вспухли струи пара, вода забурлила.
– Помогите!.. – прилетел слабеющий хрип.
Вода успокоилась.
Ростислав посмотрел на мальчишку.
– Что это за зверь? Сом всех сомов, что ли? Был Волк Волков, теперь Рыба Рыб попалась. Ее тоже надо спасать?"
"– Это действительно Сом Сомов, – серьезно ответил Будимир. – Папа с ним не встречался, но рассказывал, что он охраняет границы Святой Руси от набегов нежити. Наверное, его пленил кто-то из навьев уже после Битвы Семерых и засунул в смерть-реку, в Смородину. Старорусское «смор» – смерть, а один и есть один. Смородина – «смерть одна».
