— Пусть эта война не будет открытой, она ужаснет мир своей…
Двери зала распахнулись, и в зал вбежал Дарий в сопровождении еще двоих воинов.
Неферет замолчала и, вместе со всем оцепеневшим залом, смотрела, как огромный воин с мрачным лицом приближается к ней от дверей. Холодок пробежал у меня по спине. Дарий выглядел очень странно. Не просто бледный, а словно гипсовый. Лицо его превратилось в живую маску.
Неферет отошла от микрофона и наклонилась к Дарию, который тихо сообщил ей о чем-то. Когда воин закончил, Неферет выпрямилась и застыла, как натянутая струна.
Казалось, только это страшное напряжение не дает ей рухнуть на сцену. Пошатнувшись, она схватилась рукой за горло. Дракон сорвался с места, чтобы поддержать ее, но Верховная жрица отвергла его помощь.
Медленно, словно во сне, она вернулась к микрофону и бесцветным, как сама смерть, голосом объявила:
— Только что было найдено тело Лорена Блейка, нашего всеми любимого поэта-лауреата. Его распяли на главных воротах нашей школы.
Дэмьен и Близняшки разом обернулись ко мне, но сейчас мне было не до них. Я зажимала ладонью рот, чтобы не разрыдаться от ужаса — совсем как тогда, когда обнаружила Лорена с Неферет…
— Так вот что с тобой было, — одними губами прошептал посеревший от ужаса Дэмьен. — У вас с ним было Запечатление, да?
Я с трудом кивнула, боясь пропустить хоть слово из того, что говорила Неферет.
— Лорена зверски истерзали ножами, вынули из его тела внутренности и отрезали голову.
Как и в прошлый раз, на теле было оставлено омерзительное послание. На этот раз из книги Иезекииля. Там сказано: «И придут туда, и извергнут из нее все гнусности и все мерзости ее. РАСКАЙТЕСЯ!»
Неферет замолчала и склонила голову, словно молилась, собираясь с духом. Когда она выпрямилась и снова подняла лицо, оно пылало таким грозным и ослепительным гневом, что даже у меня сердце пустилось вскачь.
— Перед тем, как нам принесли эту ужасную новость, я говорила о том, что наша война не будет открытой, однако будет смертельной и победоносной.
Что ж, быть посему! Вампирам пора сбросить людское ярмо и занять подобающее место в этом мире!
Я почувствовала, что меня сейчас вырвет, поэтому вскочила и бросилась вон из зала, благо место мое находилось рядом с выходом. Я знала, что на этот раз никто не побежит за мной следом. Друзья останутся внутри, будут ликовать и аплодировать вместе со всеми.
