Погода менялась, становилось холодно, но мой вампирский метаболизм защищал меня от порывов ледяного ветра. Интересно, мерзнет ли Стиви Рей? Я хотела спросить ее об этом, но она первая начала разговор.
— Неферет это не понравится.
— Что это?
— То, что я пошла с тобой, а не осталась с остальными.
На этот раз она была по-настоящему взволнована, и нервно потирала руки.
— Выше нос! Неферет ничего не узнает, по крайней мере, до тех пор, пока мы не будем готовы открыться ей.
— Все она узнает, и очень быстро. Как только вернется и увидит, что меня нет среди наших.
— Ерунда! Допустим, она увидит, что тебя нет — ну и что? Мало ли, куда тебя занесло, и что с тобой случилось? — И тут меня вдруг осенила такая дикая мысль, что я резко остановилась, словно налетела на дерево. — Стиви Рей! Тебе больше не нужно находиться рядом со взрослыми вампирами!
— Чего?
— Я же говорю, ты Превратилась! Ты больше не кашляешь и не умираешь!
— Опомнись, Зои. Я уже прошла через все это.
— Да нет же, нет! Слушай! — Я схватила ее за руку, не обращая внимания на то, что она тут же вырвалась и отпрыгнула назад.
— Ты не зависишь от взрослых. Но на это способны только взрослые вампиры, понимаешь? Значит, я угадала! Ты Превратилась, только по-другому.
— И ты думаешь, это хорошо?
— Еще бы! — На самом деле, я не знала, что об этом думать, но решила обнадежить Стиви Рей. Тем более что она явно нуждалась в поддержке. Выглядела она просто ужасно, даже для себя. — Что с тобой?
— Мне нужна кровь! — Стиви Рей вытерла трясущейся рукой грязное лицо.
— Этого пакетика мне не достаточно. Вчера ты мне помешала, так что я уже почти двое суток ничего не ела. Мне… мне очень плохо, когда я голодна. — Она странно дернула шеей и наклонила голову, будто прислушивалась к свисту ветра. — Я слышу шепот крови в их жилах.
— Чьих жилах? — жадно спросила я. Это было мерзко, но в то же время дико интересно!
Она сделала рукой странный жест, полный какого-то животного изящества.
— В жилах людей, спящих вокруг нас.
Голос Стиви Рей жутко осел, превратившись в сиплый шепот.
В ее тоне появилось нечто такое, от чего мне невыносимо захотелось придвинуться к ней поближе, хотя глаза моей немертвой подруги снова налились кровавой краснотой, и воняло от нее так, что меня едва не выворачивало наизнанку.
— Кто-то не спит… — Стиви Рей кивнула головой на огромный особняк, мимо которого мы проходили. — Девочка… подросток… Она одна в своей комнате.
Голос Стиви Рей превратился в завораживающий речитатив.
