И о себе мне теперь было известно гораздо больше.
Я повернулась к Атейру, собираясь что-то сказать, но так и замерла, наблюдая, как он расстёгивает бесчисленные пуговицы своего роскошно расшитого дублета, что так интригующе, просто идеально, облегал его плечи и узкую талию. Лёгкие переливы серебряной нити в отсветах огоньков свечей только подчёркивали игру мышц под плотной тканью.
— я не хочу, чтобы вы боялись, — проговорил Атейр, стягивая дублет и бросая его на спинку кресла, где уже раскинулся, словно шкура огромного зверя, его отороченный мехом плащ.
— с чего вы взяли, что мне страшно? — Я пожала плечами.
Король подошёл, распахивая ворот рубашки, склонил голову, отчего его волосы смоляными прядями рассыпались по укрытым белоснежной тканью плечам. Я прикусила губу, медленно поднимая на него взгляд. Он ведь целовал меня не раз — и даже не два! Да чего далеко ходить — сегодня он целовал меня так, что губы, кажется, до сих пор помнили его прикосновения.
Так почему же теперь я каменею от жуткого волнения, словно мы даже рукавами не соприкасались до этого дня? Вернее, ночи.
"
"- Ты всё ещё хочешь убедить меня в том, что я должен чего-то дождаться? — Атайр улыбнулся совершенно обезоруживающе, и как он так умеет? То его словами можно камни колоть, то урчит вон, словно огромный чёрный кот. Похоже, оставлять мне выбор он не планировал. А более того, собирался сделать так, чтобы я сама отказалась от него.
Он склонился ещё немного и, придержав меня за подбородок, поцеловал.
Ожидающе, даже как будто вопросительно, провоцируя ответить самой и тем самым отрезать себе пути к отступлению. Потому что глупо идти на попятный, когда сама: шагнула навстречу.
И я терпела так долго, как могла. Старалась не отвечать, чтобы мои следующие слова звучали на фоне этого как можно убедительнее. Нам нужно подождать. Я не могу лечь с ним в постель прямо сейчас. Не могу! Несносный упрямый руэлец! Сколько крови он мне попортил. А сейчас.
Мой вздох сплёлся с его дыханием, когда я всё же раскрыла губы.
И в тот же миг Атайр прижался к ним сильнее, явно торопясь закрепить маленькую победу. Я поняла только, что повисла на нём, вцепившись пальцами в ворот рубашки. А он принялся удивительно ловко на ощупь распускать шнуровку моего лифа. И это было очень кстати, потому что дышать в плотно стянутом вокруг груди платье становилось всё тяжелее.
— Постой… те,— выдохнула я, пытаясь отстраниться. — Я не думаю, что сейчас готова.
