Принц подошёл ближе, оглядывая меня с головы до ног. И, кажется, я была одета в тонкое нижнее платье и халат поверх него, а всё равно ощутила себя обнажённой.
— Просто я понимаю, в отличие от остальных, что с вами случилось, — наконец пояснил Атайр своё внезапное решение. — Но это не значит, что мне приятна мысль о том, что вы полночи провели наедине с Ингюсом…
— Однако вы верите мне, — ещё больше удивилась я."
"— Верю, — пожал плечами Атайр. — Несмотря на вашу взбалмошность и привычку совать нос, куда не следует, вы всё же разумная девушка.
И для меня было бы гораздо унизительнее, если бы все вокруг узнали о приказе Лисварха проверить сохранность вашей невинности. Особенно перед грядущим брэрмхиком. Потому что сегодня мы ждём приезда Уалена Мак Набина.
Мне не хватало только встречи с ещё одним дядюшкой его высочества. Знакомство со старшим я ещё долго буду помнить.
— Вы не опасаетесь, что его люди встанут не на вашу сторону? — Я прошла до окна и посмотрела вниз, в укутанный лёгким туманом двор.
Кажется, я уже начинаю привыкать к этим дышащим влагой вечным туманам.
Теперь на дорожках было пусто, а ещё недавно сновали слуги, пытаясь отыскать хоть какие-то мои следы. Задумавшись, я даже слегка вздрогнула, когда его высочество подошёл ко мне со спины.
— Его люди могут встать на чью угодно сторону, но только вместо тех, кто уже должен выйти. Количество людей в брэрмхике с обеих сторон должно быть одинаково.
Что ж, это честно, хоть и не менее опасно, чем любая другая бойня, призванная лишь показать, кто же сильнее и у кого крепче дух и оружие.
— И ничего нельзя изменить? Найти другой путь. — Я повернулась к принцу и чуть отклонилась назад, потому что он стоял очень близко.
Да ещё и внимательно разглядывал моё лицо.
— Порой именно этот путь самый правильный. Если мы одержим верх, то Тавишу уже нечего будет сказать против слова отца. Потому между союзом Вархассии и Глиннхайна ничто не встанет. Уален поддержит сильнейшего.
— Как так случилось, что ваш отец стал королём вперёд старшего брата? — Я, слегка теряясь от близости принца, убрала за ухо начавшую вдруг раздражать прядку.
— В своё время, ещё при живом деде, Тавиш показал себя нетерпимым и жестоким правителем. Он развязал вражду между многими кланами. Так он хотел ослабить самые опасные для себя. Самые влиятельные. Он готовил себе королевство для правления, пока король слабел от навалившихся на него хворей. — Атайр помолчал, устремив взгляд за окно.
