— Ингюс показал вам? Он провёл?! Ну?
Я отшатнулась, вырываясь из ставшей вдруг слишком крепкой хватки принца.
— Если и он? Что с того? Харелт не показывает мне верных путей в Сиде. Я учусь слишком медленно, а время уходит. А сейчас я поняла многое.
— Вы ничего не понимаете, — покачал головой Атайр. — Если Ингюс знает дороги фоморов, значит, он сам с ними связан. А Харелт делает всё, чтобы вы оставались в безопасности.
— Может, это не так опасно, как вам кажется, — невольно заупрямилась я."
"Ведь уже посчитала, что и правда могу помочь гораздо быстрее.
А только разозлила принца, который, казалось бы, должен быть заинтересован в том едва не больше всех.
— Я знаю больше вас. Я уже ходил этими дорогами, когда искал сестру в Сиде. И я запрещаю вам!..
— Вы мне никто!
Не знаю, отчего я задохнулась больше: от вспыхнувшего перед глазами гнева из-за повелительного тона его дикарского высочества или оттого, что в тот же миг он меня поцеловал. Так же яростно и горячо, как билась сейчас кровь по всему моему телу.
Широкие ладони принца обхватили моё лицо, сдавили, обжигая, словно в наказание. И как ни было мне жарко от собственного негодования, а сейчас меня и вовсе словно в исходящую влажным паром воду окунули.
Я замотала головой, стараясь высвободиться, но и заметить не успела, как всего несколькими движениям губ и языка Атайр заставил меня ответить. И если бы я до сих пор сомневалась, что на постоялом дворе в Джинарии под маской скрывался он, то сейчас точно перестала бы. Потому что, оказывается, вкус его кожи и его дыхания я запомнила очень хорошо.
— Я запрещаю вам приближаться к Ингюсу, — продолжил он прерванную фразу, наконец отпустив меня. Я слышала его голос, но не видела лица, потому что не могла заставить себя открыть глаза и посмотреть на него. — Пока я не разберусь, пока не пойму… Запрещаю!
Я до боли прикусила губу, слушая его удаляющиеся шаги. Зная, что не смогу послушаться. Теперь лишь уверившись, что на правильном пути.
Глава 12
В день брэрмхика я проснулась с таким настроем, словно это мне нужно было сегодня брать оружие и выходить на поле — проливать чужую кровь.
Отчего-то это непоколебимое желание руэльских мужчин — непременно переубивать друг друга — наполняло меня нестихающим гневом. Как и необходимость смотреть на это.
За те дни, что в Сеохе ещё дожидались Уалена Мак Набина, а затем окончательного решения насчёт схватки между двумя сторонами одного клана, я успела многое узнать о том, как раньше проходили подобные битвы.
