— Как бы я ни относился к Ингюсу, — осторожно проговорил друид, — а в одном он прав: это неизбежно. Если спасение её высочества в Нижнем мире, ниэннах де ла Исла всё равно туда пойдёт.
И Атайр уже хотел что-то ответить, но тут Тавиану крупно затрясло. Она смяла одеяло в кулачках и сильнее натянула на себя, стуча зубами. Её ресницы наконец оттаяли, а щёки порозовели. Веки затрепетали, но глаза девушка пока не открыла. Атайр сел рядом и перетащил её к себе на колени. Она неосознанно ткнулась лицом ему в грудь, слегка повисла на одежде, вцепившись в неё пальчиками.
— Как её высочество? — пробормотала глухо. — Как вы думаете, Ингюс? Я потеряла её.
— Я не Ингюс, — проговорил Атайр, еле удержавшись от того, чтобы не дёрнуться. Как будто ему ткнули кулаком под рёбра. — Её высочество в порядке. Она здесь.
Зато Тавиана едва не подпрыгнула на месте. Вскинула голову и заморгала непонимающе. Но всё случившееся, похоже, понемногу начало достигать её разума. Она даже слегка оттолкнула Атайра, но огляделась и благоразумно замерла.
— Я думала… Просто я видела ворона последним, прежде чем…
Значит, о Всаднике, что пришёл после, она позабыла.
— Главное, что вы нашлись! — звонко защебетала Ребека. — И теперь мы можем пойти в святилище… Ну, для помолвки… Вашей.
Она пробежалась взглядом по каменным лицам взрослых и тут же приуныла. Вряд ли Тавиана сейчас готова была к помолвке. Её до сих пор ощутимо бил озноб. Одна из фрейлин поднесла ей горячего ягодного отвара — судя по запаху, на ежевике.
— Думаю, нам всем нужно отдохнуть, — проговорил Атайр, крепче придерживая вархасску, пока она согревалась питьём.
— Нет, всё в порядке, — замотала та головой. — Думаю, как раз сходить в святилище — это то, что мне сейчас нужно.
— Старые боги помогут вам найти спокойствие в душе, — согласился Харелт. — Пошло не так уж много времени. Нас ещё ждут. К тому же… Думаю, гостям и братьям его величества лучше будет считать, что всё хорошо. Им не нужно знать подробности того, что у нас происходит.
Как бы это ни звучало, а в чём-то друид прав. И всё же жаль, что советник решил отдать дочь замуж, а не отправить к матери. Ещё немного, и обратного пути совсем не останется.
— Что ж, раз вы считаете, что готовы, ниэннах, то нам пора.
Он помог Тавиане встать. Та ещё миг держалась за его руку, но затем торопливо отпустила. Словно то, что она сидела у него на коленях, было настолько излишним, что любое соприкосновение продлять уже непозволительно.
