Солнце клонилось к закату, накрывая Нейтральные Земли темным сумеречным ковром. Лошади начали уставать и сбавлять темп, но все гостиные дворы, что попадались у них на пути, были уже переполнены.
Единственным двором, где были свободные места, оказался тот самый ""Ночной путник"". В придорожном трактире оказалось свободны несколько комнат и отряд смог на время перевести дух."
"Пока девушки приводили себя в порядок в женской купальне, мужчины занялись лошадьми и перенесли вещи в комнаты. Уже через полтора часа вся компания собралась в трактирном зале на ужин.
— Хорошо, что мы не остались ночевать на свежем воздухе, — радовалась Сарайя, шустро опустошая горшочек с тушёным мясом. — В Нейтральных Землях даже летом ночью прохладно.
— И это говорит северянка, — хмыкнул Дарран, переглядываясь с Мунхо. — Хотя, ты же не чистокровная, а…
— …А дочь дикарки из Красной Пустыни, — закатив глаза, она закончила мысль за друга. — Если вы меня этим достали, боюсь представить, как чувствовала себя мама, когда только пришла в Даркайн.
— Дело не в Марийе, — мягко возразил Мунхо.
— И вообще, я люблю свежий горный воздух, — продолжила Сарайя. — Когда я была маленькой, мы с друзьями уходили вглубь леса или забирались в горы. Сидели вокруг костра и рассказывали друг другу страшные истории. Это было так волнительно!
— Вы даже не представляете насколько! — хитро прищурился Дарран, ткнув Мунхо локтем в бок. — Детишки ходили в горы и оставались на ночлег под стенами Воинской Школы, в надежде на то, что в случае беды храбрые воины смогут спасти глупцов.
Сидящие за столом рассмеялись, а Сарайя обиженно возмутилась:
— Ваша Воинская Школа занимает настолько большую территорию, что куда ни сунься — везде вы. Горы, равнины, они даже оттяпали в собственность часть реки! Так что близость к вам была вовсе не прихотью, а вынужденной неизбежностью.
— Мунхо, смотри каким словам она выучилась, — развеселился Дарран. — А какая смелость! Помнишь, мы решили подшутить над ними? Пока они рассказывали друг другу страшные сказки, мы подкрались к ним с противоположной от школы стороны.
— А помнишь её перекошенную от страха физиономию? — поддержал друга Мунхо. — Она верещала громче всех, закрыв лицо руками!
— Так это были вы!!! — заорала Сарайя, да так громко, что сидящие за соседними столами недовольно посмотрели в сторону отряда. — Да знаете, что??? Да если бы я узнала, что это вы…
— Тише, Сарайя, — пряча улыбку сказал ей Иль Кан. — Не привлекай к нам внимание.
