Элена аккуратно вылезла из воды и с ужасом обнаружила, что тонкая рубашка стала почти прозрачной, прилипнув к телу. Радуясь тому, что мужчины не обращают на неё внимания, она закуталась в свою тёплую накидку и встала между ними, раскинув руки.
— Аса Кай, Иль Кан, прекратите! — умоляюще произнесла Элена.
Слова Джина о том, что до полнолуния ни в коем случае нельзя злить и провоцировать генерала не выходили у неё из головы."
"— Что же тебя так задело? — Кай и не думал останавливаться. Казалось, ему нравится провоцировать бывшего друга.
— Мы же не сделали ничего плохого. У Элены было паршивое настроение и я решил приободрить свою подругу. Представляешь, когда я её увидел, на ней лица не было! Интересно, кто её так…
— Хватит, Кай! — девушка покачала головой и, глядя ему в глаза, еле слышно произнесла: “Пожалуйста, не надо.”
— Я сказал что-то не то? — нахмурился светловолосый воин. — Подожди… Неужели тебя обидел наш генерал?
— Надо же, — злобно усмехнулся Иль Кан. — Я чем-то обидел тебя, Элена?
Девушка опустила глаза, не зная, что сказать
— Не молчи.
Ответь нам обоим, — с нажимом произнёс Кан.
Глава 39
— Меня никто не обижал, — поджала губы Элена. — Но ты, генерал, перегибаешь палку. Разве нам запрещено покидать крепость в дневное время? Тем более не одному, а с друзьями?
— Ах, с друзья-а-а-а-ми, — саркастично протянул Иль Кан. — Если так, то прошу прощения. На секунду мне показалось, что Кай решил преждевременно снять траур по погибшей невесте.
— Следи за словами! — выкрикнул Кай и дёрнулся в сторону генерала, но Элена успела его остановить.
— Сам здесь чего забыл?
— Её искал, — лидер кивнул головой в сторону Элены. — Можешь и дальше принимать горячую ванну, а мы пойдём.
Иль Кан схватил Элену за руку и настойчиво потащил за собой в сторону крепости. Попытка вырваться закончилась провалом и ей пришлось покорно следовать за ним по узкой извилистой тропе.
— Одной Каррины тебе мало? — тяжело дыша спросила Элена, стараясь не отставать, но всё равно проваливалась в глубокие сугробы и набрала полные сапоги снега.
Иль Кан ничего не ответил, лишь сжал её руку сильнее и рывком дёрнул на себя. Не удержав равновесие, она врезалась в его широкую спину и, поморщившись от боли в сжатой руке, закричала:
— Да отпусти ты меня наконец! Я никуда не сбегу!
— Я уже ни в чём не уверен, — тихо проворчал генерал, но послушался и выпустил её запястье из крепкого захвата, пропустив вперёд себя.
Чувствуя себя как под конвоем, Элена проследовала в свою комнату.
