Избранное (ЛП)

- Я здоров как никогда, - отвечал он.

Пока мы говорили, я вскрывал письма и наткнулся на послание агента по недвижимости, которое прочел, дрожа от нетерпения.

- Прекрасно! - воскликнул я. - Нам предлагают пять гуи... - он что, не знает английского? - пять гиней в неделю до Пасхи за дом номер 31. Мы будем просто купаться в деньгах!

- Да, но я не могу оставаться здесь до Пасхи, - сказал он.

- Не понимаю, почему. И Дейзи тоже не понимает. Я разговаривал с ней сегодня утром по телефону, и она просила, чтобы я убедил тебя остаться.

Если это возможно. Здесь тебе действительно будет лучше. Да, ты хотел что-то сказать?

Прекрасная новость о еженедельно поступающих гинеях никак на него не повлияла.

- Сердечно благодарен. В таком случае, я останусь.

Он два-три раза прошелся по комнате.

- Со мной что-то происходит, - сказал он, - не понимаю, что. Ночные кошмары.

- Убеди себя ничего не бояться, - заметил я.

- Легко сказать... Мне кажется, грядет что-то ужасное.

- Грядут пять гиней в неделю, - сказал я. - Я не собираюсь сидеть здесь и подвергать себя опасности быть зараженным твоим страхом. Самое главное - в Давосе все идет как нельзя лучше. Что было в прошлом письме? Значительное улучшение. Подумай об этом, и отправляйся спать.

Инфекция, - если это слово можно использовать в данном случае, - в тот раз обошла меня стороной, поскольку я помню, что отправился спать, не испытывая никаких неприятных ощущений, однако проснулся я, когда в доме было еще темно; страх пришел ночью, пока я спал.

Нелепый, беспричинный страх, лишил меня воли, сжал сердце томительным предчувствием. Что это было? Точно так же, как с помощью барометра мы можем предсказать приближение шторма, то состояние духа, которое я тогда испытывал, и неведомое мне никогда прежде, - я был в этом уверен, - предвещало надвигавшуюся катастрофу. Джек же ощутил ее прежде меня, и когда мы встретились за завтраком на следующее утро, в слабом свете наступающего дня, но не настолько слабого, чтобы зажигать свечи, он понял все без всяких объяснений.

- Итак, он пришел и к тебе, - сказал он.

У меня не было ни сил, ни желания соврать, что я плохо себя чувствую. Никогда в жизни я не чувствовал себя лучше.

Последующие два дня страх накрывал меня, точно черным плащом; я не знал, чего именно боялся, но это было что-то ужасное, что-то, что неумолимо приближалось.