Избранные Луной (СИ)

Что-то лопается, и я не успеваю увернуться, когда альфа резко прыгает на меня. В мгновение ока я оказываюсь прижата к земле. В глазах мужчины нет радости, в них плещется напряжение и беспокойство.

— С тобой все в порядке?

— Да, — волки не мурлычут, но звуки из моего рта невозможно описать иначе. Моя рука поднимается к его щеке, гладит, а затем движется выше и проникает в густые волосы волка.

— Как ты это сделала? — спрашивает мужчина, но я лишь пожимаю плечами и прошу:

— Поцелуй меня. — он слегка хмурится, лучи солнца усиливают свой блеск, мы будто во вспышке света.

Громкий звук вторгается в солнечную картину моего сна и лицо склонившегося надо мной мужчины расплывается. Несмотря на это, я пребываю в приятном состоянии и сладко потягиваюсь, выплывая в реальность из блаженной дремы. Медленно поворачиваю голову влево и приоткрываю глаза. В своей кровати я нахожусь одна.

Мое мечтательное состояние начинает мерцать вспышками колкого разочарования, сталкиваясь об острые углы действительности.

Странно, что он вообще приходил.

Может, хотел поставить эксперимент, а затем разочаровался? Увидел, как я пускаю во сне слюни или услышал мой вполне возможный со слов Мэйса храп и ужаснувшись покинул мою спальню?

Или, может, мне он просто померещился?

Показался моему больному разгоряченному воображению?

Мысль обжигает одной только возможностью своего существования, и я начинаю умалишенно нюхать простыни. А затем с постыдным скулежом падаю лицом на кровать.

— Еще раз возьмёшь мои серьги, закопаю! — слышится в коридоре угроза Мэг. Она определенна обращена к Лу. И снова следует звук, будто кто-то повалил на пол мешок, наполненный килограммами молодого картофеля.

Сколько сейчас время, раз девчонки уже начали свои реслинговые бои?

Смотрю на часы и удивлено поднимаю брови. Ничего себе, я проспала до десяти утра и меня никто не разбудил. Надо спешно собираться и спускаться вниз, может еще успею к остаткам завтрака.

Приподнимаюсь на локтях, а потом зачем-то снова решаю попытать удачу и притянув к носу простыню, делаю глубокий вдох.

— Нюхаешь собственное постельное белье? — насмешливый голос сестры заставляет вздрогнуть. Алекс бесшумно придвигается ко мне, — А мне казалось, что ночью тебе стало лучше.

— Ночью? — удивленно переспрашиваю. — Ты заходила ко мне?

— Да, — кивает и садится рядом. — Ты очень сладко спала.