Избранные Луной (СИ)

Кожей чувствую, что Алекс смотрит на меня с подозрением, и, возможно, Мэйс захочет… — Идти со мной не надо! — и чтобы уж наверняка закрепить утренний статус полоумной, уверенно добавляю, — Мне ещё надо заскочить в туалет.

Уверена, в эту самую минуту невеста Оуэна начинает подозревать, отчего ее жених не рассказывал про меня и никогда не стремится добавить в список сестёр.

Ухожу как можно быстрее, но, когда переступаю с террасы в комнату, спотыкаюсь и падаю. Улавливаю, как несколько стульев скрипят, кто-то встаёт, но я спешно поднимаюсь, и не оборачиваясь кричу:

— Со мной все в порядке!

Пулей добираюсь до кухни, когда чья-то рука хватает за локоть, а затем меня резко поднимают, и я не успеваю толком ничего осознать, как с огромной скоростью мы пересекаем несколько комнат и оказывается в кабинете отца.

— Почему убежала? — прижав меня к стене, спрашивает альфа. — Не выпила таблетки? — он спешно наклоняется, поднимает мои штаны и зачем-то смотрит на коленки.

Из-за его близости я вновь близка к бесконтрольному помутнению сознания. Но это не правильно. Он ведь просто играется мной. Я ему не нужна. У него есть идеальная девушка, которую он любит и на которой вскоре собирается жениться. И как бы больно мне не было, но эта девушка — точно не я.

— С чего такая зацикленность на собственной персоне? — мой голос звучит чуть хрипло, но я стараюсь сдерживать себя. Вонзаю ногти в ладони, борясь с желанием выпустить руки обследовать его тело.

— Так сильно хочешь, что даже упала? — он сейчас злиться на мои биологические потребности? Совсем крыша поехала?

— Мой мочевой пузырь сильно подгонял.

— Неужели? — придвигается ближе и упирается носом мне в шею. Глубоко вдыхает. Снова и снова жадно тянет носом воздух. И мир начинает кружиться. Когда меня нюхает Мэйс я ничего особо не чувствую, кроме разве что щекотки, а порой желания отвесить ему шутливую пощечину.

Когда же тоже самое проделывает его старший брат, мне хочется немедленно раздвинуть ноги и вцепиться в его тело руками.

Руки, собственно, в очередной раз меня подводят, их даже боль не останавливает.

Несколько блаженных секунд мы беспорядочно касаемся друг друга, его руки шарят по моему телу, мои — исследуют его.

— Ради того, чтобы тебя поимели, ты готова забыть о своём мочевом пузыре?

— Отойди от меня. — почему снова так нестерпимо больно.