Избранные произведения. Том 6. Проклятые

Я возвращаюсь, только ты не помогай мне, а то еще утопишь.

И он неохотно поплыл обратно.

Пока он приближался к катамарану, ему в голову пришла обнадеживающая мысль. Чужаки до сих пор не пристреливали его, хотя могли сделать это уже несколько раз. Когда он убежал из кабины, когда он прыгнул за борт и когда он вынырнул и поплыл к острову. Какими бы ни были их намерения, судя по всему, немедленное членовредительство и вивисекция не входили в их планы.

Он до конца уверился в этом, когда подплыл к своему катамарану с кормы.

Навстречу ему свесилась длинная, сухощавая рука. Он глянул вверх и увидел над собой бакенбарды, клыки и страшноватые кошачьи глаза.

Значит, ему хотят помочь взобраться на борт? Отлично. Уилл ухватился за протянутую ему руку.

— Не могу! — сказал солдат Кальдаку. — Я не думал, что он окажется таким тяжелым.

Вулди пришел на помощь своему товарищу. Вдвоем они втащили аборигена на катамаран. Кальдак и Дропак прикрывали своих товарищей на случай неожиданности. Этот абориген мог выкинуть все, что угодно.

Уилл взобрался в кокпит и стал разглядывать своих пленителей. С него обильно капала на пол вода. Они растянулись полукругом. Не иначе, намеревались этим предотвратить вторую возможную попытку побега.

— Только спокойно! — проговорил Уилл, поднимая вверх обе руки. — Больше в воду не полезу, но здесь холодно. Я весь мокрый и мне нужно достать полотенце.

Уилл с восхищением глянул на вейс.

— Черт возьми, вы отлично говорите по-английски! У меня есть студенты, которых вы смогли бы натаскивать перед экзаменом!

Вейс ответила на комплимент аборигена нахальным встряхиванием своего птичьего хохолка. Затем она повернулась к Кальдаку.

— Он говорит на основном местном языке. Значит, мои первые слова были им поняты. Полагаю, он нас испугался, потому и сбежал.

— Не понимаю! — искренне удивился капитан. — Мы не проявляли себя по отношению к нему враждебно.

— Боюсь, его реакция была основана на нашем внешнем виде.

— Чепуха какая-то! Что в нас такого, чего бы абориген мог испугаться?!

— Я переводчик, а не ксенопсихолог. — После этого вейс снова заговорила по-английски: — Идите и берите свое «полотенце». И верьте, когда я говорю: мы не хотим причинить вам вреда. И незачем вам было убегать.

— Да? Лично мне думается иначе, вот в чем вся штука. — Это выражение «вот в чем вся штука» прилипло к нему с детства.