Гарри вмиг опять насупился, став похожим на сердитого ежа, свернувшегося в клубок и выставившего колючки.
— Так вам позволили колдовать, несмотря на то, что вы ещё несовершеннолетние… — начал снова раздуваться от гнева парень.
— Гарри, мы…
— Ни слова, Гермиона! — закричал он. — Не надо мне говорить, что вы тут всё руками разгребали. Это не магловский дом! Тут от одних молфеек нужны именно что чары, а не банальная тряпка с водой! А уж о том, что вас заставили разбирать шкафы с «безделушками» и вовсе без палочки не может быть и речи! Неужели вы должны были руками ловить летающие чайники?!!! Не поверю! Вы тут… Тренировались в колдовстве, тогда как меня закрыли у маглов без права использовать палочку даже для защиты собственной жизни?! А теперь вы тут сидите и говорите, что ничего не могли сделать?! А меня теперь будут судить за то, чем вы могли заниматься всё это лето свободно?! И всё это при том, что это не на вас охотится самый злой волшебник современного мира!
Расхристав бомбардой кресло, в которое Гарри так и не сел, парень убежал куда-то выше по этажам и заперся в какой-то ещё одной тёмной комнате, лишь бы не видеть эти самодовольные лица, которые могли всё лето делать то, что ему делать запрещали.
Которые жили тут и были пусть не в курсе всего, но были хотя бы вообще в курсе чего-то. А он…
Конец ретроспективы.
После этого срыва, Гарри успокоился, тем более что долго рефлексировать ему не дали. Его нашёл Сириус…
Сириус… Как же так… За что? Почему?
«Таааак, Гарри, обалдуй ты этакий, соберись! Да, больно! Да, хочется выть! Но этого уже не изменишь! Его больше нет! А ты жив!» — дал сам себе мысленного пинка Гарри, продолжая раскачиваться на качелях.
Вывод: он полнейший кретин, идиот. Прав профессор Снейп в своей оценке его умственных способностей. Ой, как прав! А Гарри только злился. А ведь именно ненавистный профессор приоткрыл мальчику калитку в прошлое, заставив того переписывать карточки с указанными нарушениями и наказаниями за них.
А там… Там через одну мелькали имена отца и крёстного. И пусть не с самой лучшей стороны, но Гарри узнал их чуть больше, плюс это подсмотренное в Думосборе воспоминание профессора, за которое Гарри до сих пор стыдно."
"Стыдно за увиденное поведение отца. Как он мог? Никогда не знающий ласки и постоянно одетый в чёрте-знает-что Мальчик-Который-Выжил не понимал, как над таким положением вещей можно глумиться, что делали его отец и Сириус.
