Онлайн-библиотека книг
Сходство арденийской девушки с той, о ком пела и плакала его душа, было для него сродни снадобьям из соцветий дурмана: они лишь маскировали боль сладким дурманом, но не заживляли гниющие раны. Тристан смотрел на Энни и в ее лице отчетливо видел черты Анны, но от этого ему делалось только хуже.
Он проводил ее взглядом, пока она не спустилась по деревянной лестнице, покачивая стройными бедрами, и не услышал приглушенный слабый голос.
– Кто-нибудь…
Жалобный, полный страдания голос вырвал его из плена горьких воспоминаний.
Глава 16"
"Адалина не могла уснуть, сколько бы ни пыталась. В комнату из окна проникал и свежий воздух, приносящий с собой упоительный аромат лесной хвои и зелени, и стрекот сверчков, которые своими песнями словно приветствовали летнюю ночь. Все в этом месте казалось умиротворяющим, но Адалина не находила покоя.
И не только из-за боли в ране.
Она переживала о будущем.
Она перевернулась с бока на спину, кряхтя от боли словно старуха, и снова попыталась уснуть.
– Придется встать, – пробормотала она и откинула одеяло.
То, что это не самая лучшая ее идея, Адалина поняла, только когда с великим трудом спустила ноги на пол и, уперевшись ладонями в матрас, начала вставать. Бок пронзило с новой силой, и она тихо вскрикнула.
Она не сможет дойти до стола самостоятельно и просто распластается посреди комнаты.
– Тристан, – охрипшим голосом позвала Адалина, надеясь, что бревенчатые стены не слишком толстые и он ее услышит. Но в соседней комнате стояла тишина.
Она повторила его имя громче, а потом и вовсе постучала по стене.
По-прежнему никакого ответа.
– «Зови меня.
