Изгой: Крепость Надежды

Окажись я здесь в другой момент, то возможно восхитился бы его первозданной красотой. Сейчас же, мне было не до этого — кожаная упряжь волокуши невыносимо резала усталые плечи, с распаренного лица градом катился пот, заливая глаза. Вот уже как полдня, я смотрел только под ноги, лишь изредка вскидывая голову, чтобы убедиться, что не сбился с пути и снова утыкался взглядом в пожухлую траву.

Я вымотался настолько сильно, что наткнись мы сейчас на шурдов, меня хватит не больше чем на пару взмахов мечом.

Остальные чувствовали себя не лучше — вот уже третий день, мы упорно двигались к дому, таща за собой тяжело нагруженные волокуши.

Одну из волокуш заняли самые маленькие из детей, те что постарше шли самостоятельно, и даже пытались помочь в меру своих силенок, когда волокуша застревала в переплетении сучьев."

"Оставшиеся две волокуши, мы заполнили тщательно отобранными вещами. Большей частью это были инструменты, лучшее оружие, наконечники стрел и доспехи. От всего остального, пришлось отказаться — хотя охотники успели натаскать на площадь просто огромную кучу добра, большую часть которого мы были не в состоянии унести.

Пришлось устроить строжайший отбор. Каждый предмет тщательно осматривался, оценивались его состояние, нужность и необходимость, и только после этого он допускался на волокушу.

Как всегда не обошлось без мелких происшествий — так например, Стефий решил, что полсотни ножей ни к чему, хватит и десятка и преспокойно выкинул из волокуши почти всю коллекцию ножей, что Литас так тщательно собирал, заменив их кипой потрепанных фолиантов.

Обнаружившего это чудовищное святотатство Литаса едва не хватил удар, а Стефий теперь благоразумно не приближался к старшему охотнику ближе чем десять шагов и изредка почесывал безобразно распухшее ухо. Сжалившись над несчастным, я наказал ему отобрать ему несколько самых интересных и не особенно толстых книг — зимой, большую часть времени нам придется сидеть взаперти, лишь изредка высовывая нос на улицу и чтение было бы неплохим способом, скоротать досуг. Стефий послушался меня лишь отчасти — на волокуше оказались самые массивные книги, а остальные перекочевали в заплечный мешок паренька и теперь, он еле переставлял ноги, но избавляться от тяжелого груза решительно отказывался.

Остальные вещи, которые мы уже не могли прихватить с собой, было решено припрятать до лучших времен. Кто знает, возможно, нам еще удастся вернуться сюда.