Изгой: Крепость Надежды

В памяти всплыла старая легенда — хотя я и не помнил, где именно ее услышал (еще один странный выверт моей ушибленной головы) — о могущественном маге прошлого Илларе Затворнике, решившем уединиться от мира в своей башне, неподалеку от городской стены. Причины заставившие его сделать это неизвестны — кто-то говорил о неразделенной любви, кто-то утверждал, что Иллар разочаровался в окружающем его мире, — но так или иначе, свое решение он выполнил. Однажды закрывшись за спиной мага, двери башни не отворились больше никогда.

Долгие годы, единственной связью Иллара с миром, служила лишь привязанная к веревке корзина, которую раз в неделю, он спускал с верхнего этажа за провизией и почтой.

Так продолжалось год за годом, неумолимое время бежало вперед и однажды пришедший лавочник так и не дождался опущенной корзины. Ни через неделю, ни через месяц. По городу поползли слухи, о кончине старого мага, дошедшие и до королевского дворца. Тогдашний правитель приказал слугам войти в башню и узнать, что случилось с затворником, а если он скончался, то с почестями похоронить останки.

Благое намерение. Вот только из этой затеи ничего не вышло. Никто так и не смог попасть внутрь башни Иллара. Все время проведенное в одиночестве, Иллар не потратил зря и день за днем, год за годом воздействовал своим даром Крепителя на стены башни. От фундамента, до кончика островерхой крыши. Топоры ломались о деревянные створки дверей, кирки с искрами отскакивали от несокрушимых каменных стен. Боевые заклинания не оставили ни единого следа на тонких оконных витражах. Высокая башня Иллара, стала ему неприступной гробницей. И столько силы было вложено старым затворником в камни башни, что и по прошествии столетий ни единая душа не смогла проникнуть внутрь. Красивая легенда. Маг с исключительным даром в магии Крепителя.

Судя по лаконичному свитку, я обладаю схожим магическим талантом, вот только во много раз слабее. Взглянув на дату потрепанного документа, я убедился, что освидетельствование было проведено когда мне было десять лет.

Значит отец возил меня в столицу — очень сомневаюсь, что столичные маги приезжали в наш родовой замок. И отсюда следует вывод, что отец был чрезвычайно заинтересован в моем магическом даре. И его постигло жестокое разочарование.

Впрочем, оно было лишь первым из череды тех горестей, что я ему предоставил. Слава Создателю, что я не помню о своем постыдном прошлом. Позорный отпрыск для моего гордого отца.