Изгой: Крепость Надежды

Осторожно уложив послушника на землю, я вскочил на ноги и лихорадочно завертел головой по сторонам.

Пока я занимался пауками, картина боя сильно изменилась. В нашу пользу.

Шурд поводырь, так и не успел добежать до дома и теперь лежал ничком на ступенях крыльца. В спине зияла огромная рана — такую, могло оставить только лезвие топора. Литас, с остервенением рубит мечом давно уже не шевелящегося паука, словно задавшись целью измолотить его в пыль.

Рикар в нескольких шагах от меня — видимо спешил на помощь и только увидев, что я в порядке перешел на медленный шаг.

С его плеча стекает кровь, но похоже, что рана не серьезная.

Остальные члены группы тоже здесь — двое охотников ходят между валяющимися пауками и рукоятками мечей, крошат черепа. Лучник остался на том же самом месте — весь бой он простоял за забором, всаживая стрелы в пауков и их хозяев.

С удивлением замечаю тела еще двоих шурдов рядом с домом. В одном торчат две стрелы, горло другого перерублено умелым ударом меча. Значит, еще двое шурдов было в доме и успели появиться, только под конец сражения.

На наше счастье.

Повертев головой по сторонам, я не увидел сингериса. Странно, обычно он не отходил от людей. Не иначе, кинулся искать хозяина.

Я неверной походкой подошел к убитому послушнику пауку и наклонившись, с усилием вырвал застрявший в сочленении костей меч и устало вернул в ножны."

"Смертоносное создание, превратилось в мешанину переломанных костей, в которой с трудом угадывались очертания смятого черепа. Если, такое сотворил мальчишка послушник, что сможет сделать отец Флатис? Задумчиво поцокав языком, я решил оставить это на потом.

А сейчас, можно праздновать пусть маленькую, но все же победу.

Все кончено. Враг уничтожен, а мы остались живы, и кажется, обошлось без серьезных ранений.

Мой взгляд привлекло неясное движение, рядом с большим домом. Один из шурдов был еще жив, но ненадолго — с торчащим из груди древком стрелы, долго не проживешь. Тот, в кого выпустил стрелу веснушчатый охотник, в самом начале боя.

Стрела, выпущенная из мощного лука, пронзила шурда насквозь и словно крысу пришпилила к сложенной из бревен стене. Из уголков рта, на грудь стекали пузырящиеся струйки крови. Пробито легкое.

Подойдя поближе, я достал меч из ножен, намереваясь прервать мучения корчащегося шурда — не из жалости, а из опасения, что эта тварь может оказаться гораздо более живучей, чем кажется. Увидев мое приближение, шурд прекратил попытки встать и поднял на меня черные глаза.