Изгой: Крепость Надежды

Девять человек мертвого груза, на плечах семи мужчин. Это если считать плечи тощего Стефия.

Обстановку разрядил здоровяк:

— Хочешь кушать? — полуутвердительно спросил он у девчушки, которую все еще держал на руках.

— Хочу — отозвалась та, — мы уже два дня, ничего не кушали. А Аля, уже четыре дня ничего не кушала.

— Аля? Это кто? — спросил я, хотя уже знал ответ.

— Это я, — отозвалась девушка, — Но я в порядке. Никто не ожидал, что придется сидеть столько времени. Мы не смогли выбраться самостоятельно — когда все забрались внутрь, мой отец закрыл крышку на замок.

Вы пришли вовремя. Иначе, умерли бы от голода.

— Но зачем? Зачем вас закрыли на замок?

— Магия пауков. Она очень сильна. Мы почувствовали накатившую волну магии. Они звали нас к себе. Хотели, чтобы мы шли на звук их голосов. Пауки. Мы не могли сопротивляться, и пошли на зов. Но добрались, только до запертой крышки люка. Очень хотелось выйти. Потом магия исчезла, и мы пришли в себя. Обрадовались. Думали, что атака отбита и ждали, когда вернутся наши родители и освободят нас… но никто так и не пришел — потухшим голосом закончила Аля.

Это многое объясняло. Вот почему, крышка сундука была заперта на мощный замок. Вот почему, входная дверь была надежно заблокирована снаружи — даже если дети смогли бы выбраться из подземного убежища, то толстая дверь остановила бы их, а через узкие щели окон, не пробраться даже самому маленькому из детей. Взрослые не смогли спасти себя, но успели позаботиться о детях. О части детей.

По всей видимости, остальные просто не успели добраться до убежища."

"Аля посмотрела на Рикара, перевела вопрошающий взгляд на меня. Не сумев выдержать, этот пронизывающий и полный надежды взгляд, я отвернулся. Что я мог рассказать ей? Про разорванные в клочья тела ее родных, на деревенской площади? Про братский погребальный костер? Или, про ушедшую в неизвестность колонну рабов? Про полностью вымершую деревню? Я не мог сказать ей ничего. Ничего хорошего.

Все поняв, Аля тихо всхлипнула и закрыла лицо ладонями.

По грязным щекам потекли ручейки слез. Следом за ней, заплакали и остальные дети. Комната наполнилась детским плачем и всхлипываниями. Дети оплакивали своих родителей. Многие из них еще не знали, что такое смерть, но почувствовали, что папа с мамой больше не придут. Никогда.

Я и Рикар молчали. Пусть выплачутся, так будет лучше.

А потом мы отведем их к остальным из нашей группы и все вместе, будем думать, как добираться до дома.