Вспоминаю, как дракон бережно держал моего новорожденного сына. Не его. И всё равно смотрел на него с умилением и теплом. Как, не раздумывая, признал и объявил наследником.
Запрокидываю голову и смотрю в потолок. Если бы не Сардар, где бы я сейчас была? Скиталась бы за гранью неупокоенной душой, искала бы ребёнка, которого так и не подержала бы на руках? А ведь именно Сардар в критический момент нашёл для меня нужные слова. Не ласковые и поддерживающие, но те, что сработали. И заставили не свесить лапки, а отчаянно ими работать.
Бороться, чтобы доказать ЕМУ, что не прав.
Опускаю голову и легонько скребу ногтями по запястью. Метка Сардара бьёт в глаза яркой тьмой. Она перекрывает серебристый кружок Иниса."
"Так же и в жизни: Сардар перечеркнул собой моё прошлое с Тайтоном.
И, кажется, пора уже это признать и не мучить ни себя, ни его. Снова зажимаю в руке металлический ключ, иду вглубь комнаты, к той двери, за которой скрылся дракон.
Внутри тепло и спокойно, впервые за долгое время. Я в мире с собой. Я всё осознала, поняла и даже не сомневаюсь, что ОН будет рад меня видеть и примет с распростёртыми объятиями.
Вот только наши ожидания часто оказываются далеки от реальности.
Тяжёлая деревянная дверь поддаётся и бесшумно открывается. Первое, что я слышу – плеск воды. Воздух тягучий и влажный. Пахнет сандалом. Вокруг полутьма.
Пол и стены из тёмно-серого камня, как и в моих комнатах. Справа мраморный выступ с двумя белыми фарфоровыми чашами умывальников.
Слева вдоль стены тянется природный бассейн, вода в котором кажется ярко-бирюзовой из-за магических кристаллов, которыми устлано дно.
Водную гладь рассекают взмахи мужских сильных рук. На контрасте с бирюзовой водой кожа дракона кажется темнее и отливает бронзой. Сардар стремительно преодолевает расстояние до дальнего края бортика, после чего упирается в него, подтягивается на руках и одним ловким рывком выбирается из бассейна.
Я застываю на месте и не знаю, куда деть глаза. Против воли взгляд снова и снова возвращается к подтянутому мужскому телу.
На спине и мощных бицепсах перекатываются бугры мышц. Поджарые ягодицы и бёдра облеплены мокрой чёрной тканью шорт, которые повторяют изгибы совершенного мужского тела, словно вторая кожа.
Дикая необузданная красота. Чистая сила. Несокрушимая мощь, способная убивать – откуда-то знаю это, чувствую.
Сардар по-прежнему не видит меня. Подхватывает с этажерки ближайшее к нему пушистое белое полотенце и чёткими уверенными движениями проводит им по волосам.
