Если б меня не держали, наверное, бросилась бы со всех ног прочь! Куда угодно, главное – подальше отсюда! Подальше из этого жуткого места и пугающей чужеродной магии! Тёмной! Теперь я в этом не сомневаюсь!
– Сардар… – получается жалобно и жалко.
В ответ – тишина. Только удушающие объятия становятся сильнее. Шанса вырваться – нет.
Живот каменеет, малыш внутри тревожно пинается, будто тоже чувствует надвигающуюся опасность.
В руках жреца разрастается чернильное магическое плетение. В последнюю секунду замечаю в лунном свете блеск лезвия ритуального ножа.
В основе тёмной магии всегда лежит кровь – проносятся в голове скудные сведения о запретном.
Вскрикиваю и дёргаюсь, когда острое лезвие вспарывает кожу на запястье, перечёркивая метку истинности и оставляя после себя тонкую алую полоску.
Точно такой же надрез жрец делает на запястье у Сардара.
Чернильное магическое плетение, всё это время висящее над камнем, опутывает наши с Сардаром запястья, и на глазах всасывается в алые полоски порезов.
Мою метку истинности обжигает такой дикой болью, словно к коже прислонили раскалённый железный прут. Во рту появляется металлический привкус – кажется, я случайно прокусила губу.
– Тшш! – чувствую прикосновение мужских губ к макушке. – Всё!
Кровь оглушительно шумит в ушах, я слышу каждый её заворот по венам.
Перед внутренним взором мелькает блеск серебристой чешуи, слышится разъярённый рёв дракона, виски словно горячей спицей пронзает, а потом резко становится тихо.
Ноги не держат, я начинаю оседать вниз на землю, но мужские руки с готовностью меня подхватывают.
– Лана, – тихий обеспокоенный шёпот на границе сознания. – Эй, ты как? Взгляни на меня! Так-то лучше.
Прихожу в себя в объятиях ненавистного дракона. Брови Сардара почти сошлись на переносице. Горячая шероховатая ладонь беспорядочно гладит меня по волосам. Когда мы встречаемся взглядами, с губ дракона срывается вздох облегчения:
– Проклятье! Я, Бездна, как напугался. Стоять можешь? Впереди ещё брачная церемония и пир!
– Что? – пищу в ответ.
Пространство качается. Мозоли чувствительно отдаются в мизинчики и пятки. Слегка пошатываюсь и намертво вцепляюсь в твёрдые плечи дракона.
Стоп! Вместо мягкой хвои под каблуками твёрдый камень. Ни леса, ни луны, ни пугающего алтаря, ни кошмарной тёмной магии! Мы одни в прохладном коридоре замка, перед полукруглыми двустворчатыми дверьми, из-за которых доносится тихая мелодичная музыка.
