Я так хотела обрадовать Эйвери тем, что ее сын жив. А теперь ей придется смириться с тем, что он стал дурачком."
"Подобрав котелок, иду к морю, набираю воду. Потом брожу по берегу, собирая сухие ветви. В моем положении наклоняться уже тяжело. Живот мешает.
Выкладываю камни кругом, а в центре развожу костер. Ставлю на камни котелок и медленно бросаю туда нужные травы. Мои мысли сейчас далеко. Эрнан говорил такие странные вещи. Будто бы во всем виновата человеческая сущность, а дракон ни при чем.
Так кому я отдавалась ночами человеку или дракону?
Ночью Эрнан смотрел на меня совсем по-другому.
Он смотрел на меня восхищенно. Говорил нежные слова, ласкал меня, а утром делал вид, что я ему неинтересна.
Может, я была настолько отвратительна Эрнану, что ночью он позволял звериной сущности завладеть собой?
Варево уже давно закипело. Я отставила его в сторону. Возвращаться к Эрнану не хочется. Но без меня он не справится. Отвар снимет жар. Ему станет легче. Может, и бредить перестанет?
Пробую пальцем воду.
Вроде бы уже не так горячо. Хотя кого я обманываю. Дракон, изрыгающий пламя, может свободно пить кипяток. Просто я тяну время и ищу отговорки.
Солнце уже готово утонуть в море. Мне пора. Иначе придется возвращаться домой в потемках.
Со вздохом поднимаюсь, подхватываю котелок и иду в пещеру.
«Долго ты, — ворчит недовольно дракон. — Я уже думал, что ты ушла».
«Пей!» — ставлю перед ним котелок.
Он опускает язык в мое варево.
«Горько!» — возмущается.
«Пей!»
«Уговори меня!»
«Пей! А не то сдохнешь!»
Дракон вылакивает жидкость до дна.
«Раньше ты такой злой не была, — обиженно заключает он. — Добрая, нежная, невинная девочка».
«Скажи за это спасибо себе же!»
Собираюсь уходить, но то, что он транслирует, заставляет меня остановиться.
«Ясмина, в том, что случилось, не было моей вины. Тебе не понять, но я сам был не в лучшем положении, чем ты. Без права голоса. Без права принятия решений. Просто цепной пес, силу которого используют для устрашения врагов.
Знаешь, как больно, все видеть и слышать, но не иметь ни малейшей возможности что-то изменить? Наконец мне это удалось».
— Что удалось?
«Эрнан с детства подавлял мою волю. Запирал на задворках сознания. Он очень боялся свою звериную сущность. Ему казалось, что причиной всего плохого, что делал его отец, была драконья кровь. Ни за что на свете он не хотел походить на отца. Потому пытался победить зверя в себе, а в итоге стал зверем сам. А теперь я свободен».
