Увидев Эрнана, карабкающегося вверх по скале, Бриан окликает его и ускоряет шаг.
Эрнан отпускает когти и с грохотом катится вниз.
«Так быстрее», — поясняет он, отплевываясь от пыли.
«Выглядишь паршиво. Что случилось?» — вместо приветствия спрашивает Бриан.
«Долго летел. Открылись раны. Наш военный лекарь — полный профан».
Со стороны это выглядит забавно. Человек стоит перед возвышающимся над ним драконом. И оба молчат.
«Как ты?»
«Так себе. Все пытаюсь летать. Но пока не выходит. То ли сил не хватает.
То ли таким решетом, — он поднимает крыло, — мне уже не поймать воздушные потоки».
«Тебя подстраховать?»
«Давай».
И они оба поднимаются на уступ скалы: Эрнан, карабкаясь по камням, а Бриан, обратившись в дракона и взмыв вверх.
Немного становится обидно, что Эрнан никак не отметил мое присутствие. Не поздоровался. Не сказал ни единой фразы, адресованной мне. Будто я пустое место.
Драконы какое-то время стоят на уступе, а потом Эрнан подходит к краю и падает камнем вниз.
Бриан парит рядом, до последнего дает другу шанс справиться самому. И только когда я вижу, как Бриан подныривает под брюхо Эрнана, чтобы подхватить его, Эрнан расправляет крылья и поднимается под облака.
Я стою, задрав голову вверх, защитив ладонью глаза от солнца, смотрю на две точки, то скрывающиеся за облаками, то выныривающими из них. Вглядываюсь до тех пор, пока не начинают болеть глаза. Беспокойство за Эрнана постепенно пропадает, теперь я знаю, что он не упадет. А если вдруг что-то случится, то его всегда подхватят дружеские крылья.
Когда драконы снижаются и, как мне кажется, готовятся зайти на посадку, я слышу обрывки их разговора.
«Я не хочу никуда улетать отсюда. Мой дом там, где моя семья — мать, любимая женщина, дети, которые скоро появятся».
«Ты о Диане? — мысли Бриана пропитаны возмущением. — Быстро же ты переключился. А как же Лилия? О Ясмине я уже не говорю. Вместо того чтобы стать отцом своих детей, ты собираешься воспитывать чужих».
«Я никогда не любил Лилию. Терпел ее присутствие. А Диана — это и есть Ясмина!»
«Бред какой-то. И про Лилию. И про Диану. Она не идет ни в какое сравнение с Ясминой».
«Глаза протри! Как же ты говорил о любви к ней, если не распознал, не почувствовал».
«Я помню, как ты подозревал ее во всех смертных грехах».
«Я понял, кто это сразу, как только ее увидел. А если до кое-кого долго доходит, то это не моя вина».
Получается, дракон почувствовал меня сразу.
