Он приподнимается на локтях, осматривая себя:
— Почему я мокрый? — проводит пальцем по рассеченному мундиру. — Дырка есть, а шрама нет. Что случилось?
— Богиня помогла излечить твое тело.
— Как хорошо иметь высокие знакомства, — усмехается он. — Я все еще хочу услышать те самые слова, Ясмина.
Я наклоняюсь к его уху и шепчу:
— Я научусь тебе доверять, Эрнан.
Он притягивает меня к себе, скользит своей щекой по моей и шепотом, от которого по шее бегут мурашки, выдыхает:
— Я тоже люблю тебя, Ясмина.
Эпилог
Ясмина
Я сама удивилась, как получилось, что весь мир сузился до точки, которой являлся Эрнан.
Судьба всего мира значила для меня меньше, чем жизнь дорогого мне человека. Наверное, это эгоистично и неправильно, но чувствовала я именно так.
Алайна встречает нас с улыбкой.
— Я рада, что у тебя получилось, — говорит она. — Из тебя бы вышла замечательная преемница. Если Мать всего сущего выберет тебя, я буду очень рада.
— Нет. Спасибо. Я хочу прожить спокойную жизнь, с детьми и мужем. А вечная красота и молодость мне неинтересны.
И вершить судьбы других я не хочу.
Внезапно спохватываюсь:
— Алайна, я ведь совсем забыла рассказать о том, что видела в монастыре. Там был вирен. У него не получилось принять человеческий облик. Он рассказал мне о целях своих…соплеменников.
Я торопливо пересказываю все, о чем мне поведал несчастный уродец.
— Да, это вполне возможно. Мой отец хотел сделать со мной то же самое, — подтверждает Эрнан.
Алайна кивает.
— Ясмина, это очень ценная информация.
Я сообщу ее драконицам.
— И драконам? — уточняю я.
— Нет, драконам сообщить не получится. Я не могу являться тем, кто в меня не верит.
— Я сообщу, — вызывается Эрнан.
— Нет! — вскрикиваю я. — Я не за тем тебя вытаскивала с того света, чтобы ты снова туда отправился.
— Со мной ничего не случится. Я вернусь к тебе, обещаю.
— Алайна, повлияй на него, пожалуйста! — складываю руки в молитвенном жесте. — Не отпускай его.
— Решение Эрнана правильное, — бесстрастно говорит она.
— Единственное, что я сейчас могу сделать для него, — она взмахивает рукой, и волокна разорванного мундира сплетаются между собой. Дыр как не бывало.
— Ясмина, я исполню свой долг и вернусь к тебе. Обязательно.
Он выходит на площадь у дворца и взмывает в небо. С тоской смотрю, как очертания его тела, отдаляясь уменьшаются и, наконец, превращаются в едва различимую точку.
— Тебе лучше побыть с детьми, — говорит Алайна и создает портал в детскую замка Морриган.
