— У нас с мужем изначально все через жопу идет. В первый день нашего знакомства пришлось прыгать с парашютом, потому что один двигатель самолета, на котором мы летели, взорвался.
Я замираю с расширенными глазами, а Лиза трясется, но не от слез. Она хихикает.
— И потом нас ждало немало испытаний, — улыбка пропадает из ее голоса. — Я так устала. Хочется спокойствия. Обычного человеческого спокойствия. Мне так надоело бояться, что однажды очередной парашют не раскроется. Иногда кажется, что кто-то специально посылает нам испытания, чтобы проверить действительно ли наша любовь сильна.
"
"Не знаю, что сказать. Слова кажутся лишними. Не представляю, как утешить Лизу, поэтому снова глажу ее по волосам. Надеюсь, что моя поддержка передастся через прикосновение. Это все, что я могу.
Проходит достаточно много времени, когда Лиза наконец-то отстраняется. Она заправляет волосы за уши и вытирает щеки.
— Прости, что расклеилась. Думала, еще днем все слезы на груди мужа выплакала.
— Ничего, — не знаю, куда деть руки, поэтому складываю ладони и засовываю их между ног.
— А как Саша оказался с вами?
— Он что-то с мужем обсуждал у нас дома, — голос Лизы немного хрипит, поэтому она тянется через меня за чаем и допивает его до конца. — У Абду, кажется, дела со всеми братьями. Хотя это странно.
— Почему? — я хмурюсь и, не сомневаюсь, что Лиза это замечает, потому что рассвет перешел в свои законные права, чуть осветляя небо. Вдали даже пение птиц слышно.
От меня не скрывается немного лукавая улыбка Лизы:
— У Абду после нашей свадьбы пунктик появился, — лицо девушки начинает светиться изнутри, — он решил, что не будет вести больше дел с неженатыми мужчинами.
Оговорочка: «счастливо» женатыми. Говорит, что иначе им нельзя доверять. С собой в прошлом, видимо, ассоциирует.
Лиза поднимается с кресла и потягивается. А я, как и сидела, так и остаюсь сидеть на месте. Шестеренки крутятся у меня в голове. Ну нет. Не мог же Дима на мне жениться из-за сделки с шейхом. Два года все-таки прошло.
Даже он не может так далеко загадывать. Зато теперь становится понятно, почему он не дает мне развод.
Если бы руки не были зажаты между ногами, то точно я впилась ногтями в ладони, а так приходится довольствоваться стиснутыми зубами и биением сердца, отдающимся в ушах.
Я так сосредоточилась на своих мыслях, что почти не слышу слов Лизы. Но, когда до меня доходит их смысл, замираю:
— А у тебя с мужем все в порядке? Между вами чувствуется какая-то напряженность.
