Так что собирай быстрей свои вещички и мотай отсюда. Нечего место занимать. Другим оно нужнее.
Я просто задыхаюсь от такой наглости и бесцеремонности. Как это - нет документов? Как не оформляли? Я ведь вчера сама лично…
Андрей. Ну, кончено! Это все он устроил! Мало ему было мне изменить, так еще теперь поиздеваться решил! Заставляет меня нервничать, чтобы я уж точно потеряла ребенка. Не дождется!
Стиснув челюсти, я словно ураган несусь в зону приема и регистрации. Распахиваю тяжелую белую дверь и вижу лицо предателя-мужа.
- Какого черта ты делаешь? - шиплю я, словно кошка.
- А что я делаю? - с искренним изумлением спрашивает Андрей.
- Почему мне говорят собирать вещи и уходить из больницы?
- Потому что я хочу тебя отвезти в частную клинику, - ровным тоном отвечает он. - Там у тебя будут комфортные условия, отдельная палата. И сделают все возможное, чтобы стабилизировать твое состояние и сохранить нашего малыша.
- Моего, а не нашего, - фыркаю я. - И здесь тоже мне могут оказать должный уход, меня все устраивало! Уходи, я останусь здесь!
Сама-то я понимаю, что остаться теперь не получится.
Можно, конечно, поскандалить, обратиться к главврачу, если, конечно, Андрей его не купил. Но на все это нужно время и нервы, а нервничать лишний раз мне сейчас точно не нужно. К тому же, от одной мысли, что меня будет лечить та мерзкая женщина, которая наговорила кучу гадостей, становится не по себе.
Но я не могу просто согласно кивнуть Андрею и уехать с ним. Он должен понимать, что теперь не имеет больше никакого права вмешиваться в мою жизнь.
Больше не имеет.
- Тай, я уже обо всем договорился в той клинике, а отсюда тебя выписали, - все так же спокойно произносит он и кладет руку на мое плечо.
Когда-то его прикосновения пробирали до мурашек, а сейчас вызывают лишь отвращение.
- Не трогай меня, - дергаю плечом и сбрасываю его ладонь. - Я поеду, но только потому, что хочу сохранить ребенка, а мое пребывание в этой больнице ты сделал невозможным! И даже не думай, что я тебе благодарна за это!
Развернувшись, я прячусь за дверь и прислоняюсь спиной к холодной стене, которая медленно остужает мой пыл.
По щекам бегут горячие слезы, но вовсе не потому, что я не хочу уезжать отсюда, а из-за того, что увидела Андрея. Смотреть на него теперь так больно и невыносимо, что хочется удавиться. Мой любимый, мой родной муж, ради которого я была готова на все, стал другим и абсолютно чужим человеком. И от этого осознания мне дико больно, тоскливо и одиноко.
