Пусть думает, мне всё равно!
Он посмотрел, склонив голову на бок. В полумраке салона его испытующий взгляд пробирал до костей. Чего он хотел от меня? Наверное, чтобы я села в машину. Мне стало не по себе.
- Вас точно не подвезти? Темнеет уже, - услышала сдержанный тон.
- Спасибо, не нужно, - ответила я дружелюбно. На лавочке было гораздо спокойнее.
- Ну, смотрите, - хмыкнул загадочный тип и окошко закрылось.
Ты подъехал спустя ещё пару минут, когда Мерседес растворился в тени наплывающих сумерек. Я, улыбнувшись, вскочила.
Схватила рюкзак."
"- Прости, малыш, задержался, - сказал, привлекая к себе.
От тебя пахло пылью, машинами. И этот коктейль был гораздо приятнее самых элитных духов! Я оседлала наш «мотик», прижалась к тебе и зажмурилась.
Когда покидали парковку, то мне померещилось, будто чьи-то глаза наблюдают за нами. Я стряхнула с себя эту блажь! Усталость и стресс отражались на нервах. Только ты, мой спасительный круг, не давал утонуть. Я обхватила тебя, ощущая покой. Оставляя у нас за спиной и сегодняшний день, и противного типа.
Глава 12. Витя
Тот период, когда ты «работала» мойщицей, был относительно тихим. Я это понял потом, когда ты, по наводке «подруги», пошла в ресторан. Уж не знаю, чем Ника прельстила тебя. Чаевыми, наверное? Или тем, что туда ходят всякие дядьки с деньгами, поглощать по утрам «бизнес-ланч».
Только ты загорелась! А мне было трудно смириться с таким положением дел. Моя девушка будет прислугой. У всех на виду. Стыдно сказать, только в те времена «официантка» в моём понимании было равно «проститутка».
И окончания равные, и контингент.
Я заартачился. Так не хотел соглашаться. Хотя знал, что моё разрешение по боку! Ты всё равно это сделаешь. Ведь ты – это ты…
- Сколько там платят? Давай я буду платить тебе столько же! И ты передумаешь.
- Вить! – возмущённая, ты привлекала меня ещё больше, - Неужели ты из таких?
- Из каких? – непонимающе хмурился я.
- Их таких! – восклицала ты нервно, - Которые женщин сажают на цепь! Запрещают работать, встречаться с подругами.
- Не преувеличивай, - робко парировал я.
- Я не преувеличиваю! – ты разгоралась, как спичка, - Ведь если ты из таких, то давай остановимся здесь. Я не хочу себе мужа-тарана!
Слово «муж», как волшебная палочка, превращало меня из Отелло в покорного пса. Готового ноги лизать своей юной хозяйке! Я смягчался, вздыхал, и вся моя злость превращалась в занудство:
- Ну, ты же там будешь общаться со всякими.
