Измена. Яд твоей \

Что же, мамины слова хоть чуть-чуть, но отражают действительность.

Хорошо бы все прошло не так ужасно, как рассказывала Тайка, решившаяся в выпускном классе на постельный эксперимент с другом своего старшего брата, который только вернулся тогда из армии:

- Сначала вроде здорово, ну, сладко так, слегка щекотно, и в груди как бы шарик огня катается. Но потом горячо, больно, очень больно, мокро, и кровь надо оттирать и отстирывать. Не удался эксперимент. Придется позже еще раз попробовать. Но года через три.

Мне кажется, что у нас все должно быть не так, ведь я его давно люблю. Ну, и он же сказал, что я ему тоже нравлюсь.

Это же по любви?

Вышло в итоге все же жестковато.

Ну, мне так показалось. Не с чем же сравнить.

Сначала Олег вымыл меня в душе с ароматным гелем, потом разрешил немного изучить его тело в процессе намыливания, а затем рыкнул:

- Достаточно, такие чистые, аж скрипим… – и быстро завернул меня в огромное полотенце, вынес в спальню и устроил на кровати.

А затем начал целовать. Долго, страстно, глубоко, очень горячо, попутно высвобождая из полотенца.

Я млела, горела, таяла. Тихо вскрикивала и стонала. Сердце бухало в ушах, дышать было тяжело, особенно когда он прижал меня к кровати всем телом.

- Да-да-да, девочка моя. Так, – хрипел в ухо, раздвигая коленом ноги, резко проходясь по внутренней поверхности бедра правой рукой.

Левой же приподнял мое лицо за подбородок и впился в губы, перед этим выдохнув:

- Какая горячая штучка.

Я потерялась в жарком мареве поцелуя и пришла в себя от внезапной боли: Олег, опершись на локоть, с силой сжал второй рукой мое бедро и резко дернул на себя."

"Из глаз брызнули слезы, а еще я от неожиданности прокусила губу. Ему.

И этого испугалась еще больше.

- Ну, тише-тише… Все хорошо… теперь все будет в порядке, – облизнувшись, зашептал мне в ухо Олег, а потом устроился удобнее и стал тихонько двигаться.

Да, больше такой внезапной, резкой боли не было, осталась только ноющая и тянущая.

Постаралась размеренно дышать и расслабиться сильнее, а когда это получилось, Олег поцеловал меня со словами:

- Умница. Вот так. Молодец.

И увеличил темп, прижимая меня крепче.

Стало больнее, поэтому я прикусила губу и зажмурилась сжимаясь.

Протяжное и глухое: «Да!», совпавшее с горячими каплями на моем животе и бедрах, слились с ощущением освобождения.

Выдохнула.

Олег фыркнул в макушку, поцеловал в лоб и хмыкнул:

- Опять надо тебя мыть.