- Сколько мне быть здесь? – бросаю взгляд на настенные часы: неровный овал, размещённый на белых волнах декоративной штукатурки. Гостиная в чёрно-белых тонах. Свежо и органично, но в то же время классика.
- Я люблю долго, - Крылов подходит к бару, высматривая там что-то на свой вкус. – Потому задержись, чтобы не решил, будто я импотент. Пить будешь?
- Нет, - и у меня сразу две причины.
- На ЗОЖе?
- Да, - решаю, что это удачный ответ. Не стану же я каждому встречному раскрывать все карты. Думаю о Зойке. Надеюсь, с ней всё хорошо.
В любом случае Ольге я доверяю, как себе.
- Боишься? – Крылов снимает куртку, бросая её на один из диванов, имеющих ровные прямые линии.
- Сто’ит? – голос не дрожит, но сама - да. Всё мое тело на нервах, и прошу прощения у нерождённого ребёнка, потому что этот стресс не только мой. Следует в ближайшее время навестить гинеколога, чтобы убедиться, что тест не врёт, и что всё в порядке. Я не враг своим детям.
- Чёрт, забыл, - он поднимается с места и идёт в гараж. Оттуда несёт упакованный ресторанным персоналом ужин.
– Так и не удалось поесть.
Спустя сорок минут проникаюсь к нему симпатией. Наш план довольно прост, но в то же время имеет много подводных камней. Не знаю, почему этот человек решает мне помочь, да, он говорил про сестру, но, кажется, всё куда глубже. Мы приходим к тому, что Жданов получит то, за чем гонялся.
- Я тоже считаю, что наш мир – мир мужиков, - признаётся Крылов. – Только без женщин – нас никогда не будет. Ничего не будет без сочетания женского и мужского.
И Жданов забыл об этом, но мы ему напомним.
- Мы? – удивляюсь, а он кивает. – Я слышал, как он говорил о тебе однажды. Что тёлки ни на что не способны, что он взял тебя, как собачонку из приюта, - он смотрит на меня. – Пригрел, типа. Доброе дело сделал. Только по мне такие дела ни хера не добрые. Показушные, хотя, кто знает, что у него там среди говна есть, может, любовь. Тут говорить не берусь. Идёшь работать к Инге?
Пожимаю плечами.
- Не знаю, смогу ли. Можно вопрос?
- Валяй.
- Почему ты мне помогаешь?
- Потому что хочу нагнуть Жданова.
Он поднимает глаза к потолку и какое-то время молчит.
- И, возможно, пытаюсь загладить самую большую вину своей жизни.
Глава 25. Слава
Меня зовут Станислава Ракитина. И я сильная женщина.
Открываю замок своим ключом около четырёх утра. Проскальзываю внутрь, не включая света, и тихо прикрываю дверь. Через несколько шагов падаю, потому что под ногами что-то лежит.
- Пришла, с..
