Измена. Месть предателю

 — Я ведь беременная! — выдавливаю все ту же ложь, что уже спасла меня однажды от притязаний Артура. — Сексом никак нельзя заниматься…

Плевать, что вранье. Сейчас все средства хороши, лишь бы избавиться от этой пакости.

— Да срать я хотел, чего тебе там нельзя, — равнодушно отвечает гаденыш.

— Ты в своем уме, Слав? Выкидыш ведь может случиться?! — пытаюсь вразумить я эту сволочь.

— Это твои проблемы, зай. Я говорил тебе, что сейчас не время для всей этой хуйни с детьми! Просил же подождать, пока из долгов выберемся и бизнес на рельсы вернем.

Но ты не послушала…

Охренеть. Это насколько же я ошибалась в этом человеке. Я от шока даже сопротивляться перестаю и непонимающе переспрашиваю:

— Значит из-за того, что я не послушала и залетела ты готов фактически убить нашего ребенка? — хотелось бы верить, что я не правильно поняла. Но уже не верю.

Успокаивает только тот факт, что беременность я выдумала в качестве спасения от изнасилования. Иначе не представляю, как бы пережила подобное.

Это же выходит меня буквально бог уберег от такого чудовища забеременеть?

Однако, если я не найду способ увернуться от этого мудака, то кажется изнасилования мне точно не избежать.

Потому что очевидно ему совершенно плевать на мои придумки и уговоры. Удивляет только то, что Артуру было не плевать. И это при том что по моей легенде ребенок от Славы.

Значит Артур чужого поберег. А Слава и своего убил бы…

Чувствую, как Слава мусолит у меня за спиной свой член. У него всегда были проблемы с тем, чтобы перейти к делу, сначала приходилось «разогреваться».

И сейчас его «разогрев» означает, что у меня остается слишком мало времени на раздумья, если я хочу спастись от насилия.

Уговоры бесполезны: он далек от уровня человечности Артура. А ведь еще совсем недавно я считала именно Артура образцом бесцеремонности и варварства. Ан-нет! Вот он гад и похуже! Совсем рядом притаился, оказалось.

Меня зло берет, когда думаю какой дурой я была, что не замечала с кем живу под одной крышей.

Пока решаю, как мне обезвредить чертового насильника, он сам помогает мне: разворачивает к кухонному гарнитуру лицом и прибивает меня бедрами к столешнице.

А тут такое раздолье тяжелых предметов — закачаешься. Начиная от ножей, заканчивая сковородкой на плите. Однако грех на душу за этого козла я брать не стану, так что сегодня без поножовщины. А сковороду не трону, потому что пасту очень уж жалко. Зато вот графин с водой подходит мне идеально.

Слава тянет с меня трусы. Походу «разогрелся» ублюдок.