Мой муж богатый и влиятельный человек, если вам нужны деньги…
— Всё, всё! — отмахивается от меня, как от назойливой мухи. — Вам объяснят."
"В следующую секунду мне на голову опускается холщовый мешок, а Ленарда вырывают у меня из рук. Чувство отчаяния и беспомощности обрушивается лавиной и топит. Слышу плач сына и тяжёлый звук удаляющихся шагов. Мои запястья грубо скручивают за спиной жёсткой верёвкой.
— Идёмте, — меня дёргают за плечо.
— Где мой сын? — хватаю ртом воздух, щурясь сквозь узкие щели мешковины. — Где он?
— Хотите увидеть его снова — идите, — цедит уже знакомый голос.
Киваю. Мне ничего не остаётся, кроме как послушно переставлять ноги. Не знаю, сколько мы идём. Пару раз я запинаюсь и падаю на колени. Меня рывком поднимают наверх, и путь продолжается.
Прямо, налево, прямо, вверх по лестнице, направо, вниз по каменным ступеням, прямо.
Я окончательно теряюсь в пространстве. Уже не слышу плача Ленарда и мечтаю лишь об одном: снова увидеть сына. Боже, когда всё это закончится?
Лязганье железных замков.
Твёрдый камень под каблуками. В нос ударяет сыростью и плесенью, в глазах темнеет. Ступени, ступени, ступени. Спускаемся по круговой лестнице вниз.
Идём длинными коридорами. Останавливаемся. Пара глухих ударов ладонью о дерево. Щёлканье замка.
Сквозь мешковину пробивается тусклый свет факелов и пахнет смолой.
С меня резко сдёргивают мешок. Мы в помещении с каменными стенами и высоким потолком, стены увешаны горящими факелами. Успеваю заметить массивный прямоугольный стол с пузатыми колбами, трубками, пробирками, в которых бурлит ядовито-зелёная жидкость, выбрасывая в воздух зеленовато-жёлтые испарения.
Множество стеллажей, забитых странными штуками, похожими на артефакты. Жмурюсь с непривычки, часто моргаю. Сквозь слезящиеся глаза вижу приближающийся знакомый силуэт, и горло сдавливает тугим обручем:
— Ты? — только и могу прохрипеть.
Хочется расплакаться от облегчения. Серые глаза за прозрачными стеклами прямоугольных очков смотрят понимающе и спокойно. Из-под серого пиджака просматривается белая рубашка, расстёгнутая на несколько верхних пуговиц.
— Шэлдон! — делаю шаг к нему навстречу.
Он с готовностью раскрывает объятия. Я приближаюсь, доверчиво кладу голову ему на плечо, позволяю обнять себя в поисках островка спокойствия в этом безумном хаосе. Шэлдон, который всегда помогал, был на моей стороне. Не дал уйти за грань во время тяжёлых родов.
— Софи. Наконец-то.
Чувствую его руки у себя на спине. Его дыхание на волосах.
