И эта его оговорка про отца…
С моими связями в полиции и тайной канцелярии это не проблема.
Напрягаю память, силясь вспомнить ту чёрную полосу, которая обрушилась на нашу семью. Отца тогда будто подменили, и эта его внезапная неконтролируемая тяга к картам…
Тем более надо было мне написать. Я ждал.
Разрозненные детали мозаики вдруг складываются в уродливый пазл. Меня накрывает внезапной догадкой. Могло ли так случиться, что отцу «помогли» увлечься картами? Чтобы убрать с дороги.
Я, конечно, догадывалась, что по-прежнему нравлюсь Шэлдону, но думала, то лишь невинная симпатия.
Получается, нет?
Его голос, его взгляд, его просьба откровенно пугают меня.
И с этим человеком я оставляла сына... В тот день в Норленде, когда Шэлдон послал меня за чаем, Ленард сильно кричал, и у него на ножке была ранка как сейчас у меня на руке. В тот день я отвлеклась, всё навалилось разом, включая внезапный приезд Роланда, и стало не до этого. Но что, если Шэлдон что-то сделал тогда моему мальчику?
Или ещё сделает?
И никто не поможет, ведь Роланд больше меня не чувствует.
А значит, рассчитывать можно только на себя.
— Конечно, — шепчу тихо.
Уголок рта предательски дёргается, и чтобы скрыть это, я растягиваю губы ещё шире в улыбке. Кладу ладонь Шэлдону на гладко выбритую щёку, внутренне содрогаясь от омерзения. Его кожа холодная и влажная, на висках выступили мельчайшие капельки пота.
Смотрю на него снизу вверх.
Боже, он здоровенный мужик, а я просто хрупкая девушка. Я ведь даже не смогу дать отпор, если он будет настаивать.
Остаётся только надеяться, что до этого не дойдёт. Ведь не дойдёт?
Смотрит на меня недоверчиво из-за стёкол очков.
— Правда? — скользит глазами вниз, на губы, подаётся вперёд.
— Да, — кладу ладонь ему на грудь, останавливая. — После того, как я увижу сына.
Внимательно наблюдаю за его реакцией. Глаза Шэлдона словно стекленеют, кадык дёргается вперёд и назад в глотательном движении. Нос кажется неестественно длинным, и в этот момент он мне напоминает тощего индюка.
— Идём, — разворачивается.
— Куда? — подаюсь было за ним в нелепой надежде, что он отведёт меня к сыну вот так просто.
Не просто.
Шэлдон неспешно обходит рабочий стол. Снова начнёт звенеть бутыльками? Нет. Чем-то занят в углу. Слышу звяканье посуды и звук льющейся жидкости. Разворачивается, удерживая в руках две белые фарфоровые чашки.
Смотрю на них с опаской. Нервничаю.
— Расслабься, Софи, — он опускает глаза и показывает на чашки. — Чаю?
— Я не хочу.
