Он вскидывает руку, я поднимаю на уровень глаз скрещенные запястья, закрываясь в защитном жесте. Уверена, что ударит.
Но рука дракона стальным капканом смыкается на моём плече. Его лицо приближается к моему. Жгуче-пряный аромат мускатного ореха забивается в нос, дерёт горло, вынуждая хватать ртом воздух.
— И почему я не удивлён? — цедит мне в самые губы. — Чего ещё ждать от табуретки с парой извилин? Что она просчитает последствия? Подумает о рисках для себя и ребёнка? Сейчас, когда в стране каждый день пропадают люди и растёт чёрный рынок опасных артефактов? Нет! Может, она знает, как помочь с пробуждением зверя? Нет! Способна объяснить сыну, как обуздать дракона? Чтобы при первом обороте зверь не взял верх, и не покрошил всех вокруг в фарш? Снова нет! Так чем ты гордишься, Софи? Тем, что чуть не угробила сына и других невинных? ЧЕМ?
— Я… — захлёбываюсь от возмущения и несправедливых обвинений.
— Я… всё просчитала! Мы были в безопасности! В полной! Табуретка не в одиночку справлялась! Нам с Ленардом помогали! Со всем помогали, чтоб ты знал! И с оборотом бы помогли!
Выпаливаю всё это, и тут же прикусываю язык, но поздно.
Роланд молчит, но лучше бы орал, потому что его зловещее молчание пугает куда больше!
— Кстати, об этом, — рычит он, сжимая моё плечо до синяков. — Иди-ка сюда!
Разворачивается и дёргает меня за собой. Тащит вглубь кабинета к окну. Пару раз я наступаю на подол и чуть не падаю, но его это мало волнует. Затаскивает меня за рабочий стол и грубо толкает в своё кресло.
Нелепо взмахиваю руками, приземляюсь пятой точкой на прохладную гладкую кожу. Роланд исчезает из поля зрения, а в следующий миг кресло одним рывком впечатывает в стол.
Впиваюсь ногтями в лакированные подлокотники, которые упираются в край столешницы. Выхода нет, я в ловушке."
"Вздрагиваю от громкого щёлканья выдвижных ящиков. Спустя миг рука Роланда с аккуратными ногтями квадратной формы ударяет по столу. Отпрянываю назад, вжимаясь в спинку кресла, и только потом замечаю под его рукой лист пергамента.
Со звонким раздражённым щёлканьем дракон кладёт параллельно листу чёрную перьевую ручку. Я не вижу Роланда, но чувствую его присутствие за спиной и слышу звенящий от ярости голос:
— Имя, должность, возраст! Кто, когда и как тебя похитил — в глазах общественности всё будет именно так! Выкладывай всё, Софи! Все подробности! Письменно! Я отправлю на виселицу этого полоумного идиота и всех его пособников!
Внутри холодеет.
