Рассматривает меня, пока я наверняка покрываюсь красными пятнами под этим самым взглядом.
— Ты изменилась, Алена, — говорит Север отстраненно, погружаясь в свои мысли.
— А вот ты нет, — парирую я и придвигаюсь ближе. — Все такой же самоуверенный подонок, который считает, что мир лежит у его ног.
Стас вскидывает удивленно бровь и растягивает губы в улыбке, больше напоминающей оскал:"
"— Малышка, ты слишком высокого мнения о моей скромной персоне, — делает паузу. — Я всего лишь простой мэр, который честно выполняет свой долг, доказывая избирателям правильность их выбора.
— Хватит мне заливать, Север, — произношу со злостью, а мужчина дергается при упоминании его клички, ведь раньше я всегда называла его по имени. Клички — это то, что доставалось его людям. — Все знают, кто ты и что делаешь. Одного понять не могу: какого черта ты сидишь сейчас тут и пускаешь мне пыль в глаза? Поверь, я прекрасно помню, кем ты был и чем занимался.
Стас спокойно вытирает рот салфеткой, откладывает ее в сторону. Машет рукой в воздухе, и Артем подбегает к столику, быстро убирает все тарелки, оставляя только мою с нетронутой рыбой.
Недовольно смотрит не меня, будто я нашкодивший несознательный малыш.
— Раз ты все прекрасно помнишь, то должна понимать, зачем я тут.
— Понятия не имею, зачем ты тут, — говорю как ни в чем не бывало, хотя меня трясет от напряжения.
Руки ледяные, ноги отнялись, сердце стучит в висках, ушах, повсюду где только можно. От страха тошнота подкатывает к горлу.
Стас смотрит на меня немигающим взглядом, кладет руки на стол и опирается на него локтями:
— Мой ребенок не может расти без отца, — произносит спокойно мужчина.
Решаюсь сыграть дурочку.
— О каком ребенке речь? О твоей дочери? Я слышала, она воспитывалась в другой стране, и ничего, выросла без отца. Смотри, в какую красавицу и умницу превратилась, — перевожу тему как могу.
Знаю, глупо и бесполезно, но сдаваться я не намерена.
Стас улыбается уголками губ, и я вижу, как в его темных глазах плещутся теплые искорки при упоминании о дочери.
— Ольга выросла прекрасной девушкой. И да, она жила в другой стране, но я всегда знал о том, что у меня есть дочь, и проводил с ней столько времени, сколько было возможно, — кивает он и продолжает: — Но мне отрадно, что ты, Алена, интересуешься моей жизнью.
Черт.
— Хрена с два, Станислав Иваныч, — практически плююсь ядом, упираю руки в стол и резко встаю на ноги, так, что мой стул со скрипом двигается по полу и валится на спинку.
