Ведь я как на качелях то взлетала вверх с мыслями «ну конечно, это Он, кто ещё мог выслать мне приглашение», то обрушивалась вниз с догадкой «надо мной кто-то зло подшутил, а Он, наверное, и не помнит обо мне, танцует с другими девушками в своё удовольствие»."
"Вместе с леди Элоизой мы выбрали для меня образ утренней розы. Я не могла похвастаться яркой, контрастной внешностью. От папы мне достались светлые, почти что белые волосы, и серые глаза, а от мамы белоснежная кожа, поэтому платье нежного розового цвета хорошо подходило мне.
Дополняла наряд серебристая маска, скрывающая пол-лица.
Карета въехала через ажурные ворота и покатила по широкой подъездной аллее. Через несколько минут мы подъехали к особняку, высокому, красивому, освещённому тысячами огней.
Меня разбирала нервная дрожь. Я изо всех сил зажмурилась, пожелала себе удачи и, приподняв подол платья, поставила ногу в изящной туфельке на первую ступеньку огромного парадного крыльца. Я оглянулась: по аллее двигалось множество роскошных карет, не чета нашей приютской, везде позолота, бархат, шёлк.
Из карет выходили наряженные, вылощенные люди, один вид которых говорил, как они богаты и знамениты.
Мне так хотелось подхватить платье, ринуться со всех ног наверх, в этот чудесный, словно из сказок, замок и носиться по нему, пока я не увижу Его. Но боюсь, ни герцог, ни гости не оценили бы такое рвение.
Я улыбнулась своим мыслям, важно продефилировала по лестнице и вошла в «Пылающие небеса».
Поток света после темноты вечера ослепил меня. Я подняла голову и захлопала глазами: под высоким потолком парадного холла парили огромные шары, пульсирующие мягким жёлтым светом. Они плавно качались вверх-вниз от движения воздуха, из-за чего на стенах плясали переливы света и теней, как от множества свечей. Устланная мягким ковром мраморная лестница, такая широкая, что на ней могли бы разъехаться две кареты, вела на второй этаж.
Рядом тактично покашляли.
Церемониймейстер в богато расшитой золотыми нитками ливрее вопросительно смотрел на меня. Я тут же залилась краской, сообразив, что с глупым видом стою здесь неизвестно сколько. «Святые угодники! Надо взять себя в руки».
Я сообщила церемониймейстеру своё имя и титул, и он сопроводил меня в грандиозный бальный зал, полный гостей. Церемониймейстер подвёл меня к герцогине Даклид — статной сухощавой женщине в костюме королевы ночи.
