Я не была дома, в «Обжигающем ветре», с тех пор как… С тех пор как еле сдерживая слёзы и с разбитым сердцем покинула его. В минуты грусти и отчаяния я привыкла тискать Булавочку, и теперь мне очень не хватало кошки.
«Ладно, леди Аурелия, это всего лишь разговор, час времени, не больше, вы справитесь. Я в вас верю!» — тихо прошептала я, когда экипаж въехал на подъездную аллею.
Дверь мне распахнул слуга. Мне показалось, что глаза молодого слуги засветились радостью. Хотелось бы в это верить. Я всегда хорошо относилась к слугам, старалась видеть в них людей, а не просто обслуживающий персонал и уж тем более не рабов.
— Его Светлость дома? — поинтересовалась я. Мне даже удалось придать своему голосу обыденности и равнодушия. Будто я только на час отлучалась, а не ушла в ночь и исчезла на два месяца.
— Его Светлость в кабинете, — ответил слуга с толикой тревоги. — Но может быть вы что-нибудь желаете? Чаю? Я пока доложу о вашем приезде.
— Не стоит.
«Опять кабинет. За что мне это? Ненавижу».
Минуту я потратила на то, чтобы успокоить чувства и заставить руки не дрожать. «Всё тот же запах — цветов и свежести. Всё тот же рассеянный свет из высоких окон. Всё те же большие комнаты и широкие коридоры. Родной уютный дом».
В гостиной, мимо которой я прошла, всё оставалось на своих местах — то ли Денизе было всё равно, то ли Флориан запретил что-либо менять. По мягкому ковру, скрадывающему шаги, я приблизилась к раскрытой двери кабинета и застыла на пороге.
Флориан был не один. Присев на край стола, он разговаривал с Денизой. Хоть они стояли даже не рядом, волна глухого раздражения пробежала во мне, когда увидела их вместе. Ярость распирала и била через край, я убрала руки за спину и с силой сжала кулаки, только бы не выдать себя.
Флориан первый заметил меня, выпрямился и, кажется, растерялся. Он ничего не говорил, только смотрел, не отрывая взгляда. Дениза испуганно обернулась, её глаза расширились, но после на лице проступила мрачная решимость, а едкий взгляд неприятно хлестнул по мне.
Я сделала шаг вперёд, заставляя себя дышать ровно и не терять вежливую улыбку.
— Ах, жаль, что помешала вам. — Я прошла и церемонно села в кресло. «Ведь я здесь хозяйка. А если кто не согласен, жду развода». Они оба не проронили ни слова. Дениза нервно оглядывалась на Флориана, он же задумчиво снимал со своего костюма невидимые пушинки. Я продолжила: — Молчание уж слишком затянулось.
