Измена не самое страшное [СИ]

Ни одной женщине это не подвластно. Вы примитивные, глупые существа, созданные для утех и продолжения рода, — с присущей ему ненавистью выпалил супруг.

Наблюдала, как Мурат вновь погружается в свой планшет, а губы его скривились в насмешливой улыбке. Он наслаждался ситуацией, своей властью и не пытался этого скрыть.

Дрожащими руками я поставила чашку кофе обратно на блюдце, и ее тонкий звон снял напряжение.

— Откуда же у тебя столько ненависти ко всем женщинам без исключения, — прошептала потрясенно, — Неужели даже мать не заслуживает уважения?

— Мать? — рассмеялся в голос он, — Чья? Твоя, например? Что продала свою же дочь.

Моя? Что нагуляла меня вне брака, и за это с позором была вышвырнута на улицу? Она была не в состоянии думать головой. Или может быть, ты?

Давящая тишина повисла в воздухе, выражение его лица стало колючим и злым. Я же сдулась, съежилась вся под его взглядом. Впервые слышала что-то о матери Мурата. Эта женщина не появлялась в нашем доме. Так же была запретной тема детства мужа или его семьи.

— Я была бы хорошей матерью… Ты лишил меня… — беспомощно прошептала, прикрывая веки. Любое упоминание о Сабиночке было буквально физически болезненным.

— Говори чётче и громче! — рявкнул он раздраженно. — Вечно сопли жуешь. Весь аппетит испортила, — вставая и швыряя салфетку на стол, процедил сквозь зубы последнюю фразу Мурат.

Муж вышел из столовой, а я невидящим взглядом смотрела в тарелку. За что!? За что он так со мной? Встала, поправила платье и отправилась за ним следом.

Нужно просить. По другому и быть не могло. Постучала в дверь кабинета. Дождалась разрешения войти. Мурат стоял у своего рабочего стола и просматривал какие-то документы, держа их в руках и хмурясь.

— Тебе что-то не понятно? Мы закончили разговор. — не оборачиваясь бросил он мне.

Не говоря ни слова, медленно начала снимать платье. На мою возню муж обернулся и дальше не отрываясь следил за мной. Рука его медленно вернула бумаги на стол, чуть не пронеся их мимо столешницы.

Глаза его заблестели, а дыхание участилось. Ему нравилось смотреть на меня, нравилось делать это именно со мной, и я научилась этим пользоваться. Оставшись в одном нижнем белье, плавно опустилась на четвереньки и поползла к нему. Извиваясь и не торопясь, давая ему насладиться моментом.

— Я была очень плохой девочкой, — выдохнула томно.

А внутри дыра, пустота. Никаких чувств. Моя цель — получить драгоценные минуты общения с дочерью. И я стерплю ради этого всё.