— Варя, ну что ты уши развесила. Слышишь же, что там личный разговор.
— Это со мной у него личные разговоры... — прозвучало безжизненно. — А там…
— Я просто думала, что ты захочешь, что ты обрадуешься... — говорила счастливо девушка. Ее голосок сочился незамутненной нежностью и радостью. А у меня сердце сдавливали все сильнее, все труднее становилось дышать словно бы надгробную плиту на грудь положили или сковали ребра металлическим кольцом.
— Окей — крикнула свекровь, бросая биться с умной колонкой, которую скорее всего заглючило, раз она до сих пор не прервала соединение.
— Нонна... — строго сказала моя мама своей свахе. — Не мешай. Нам все интересно узнать.
— это низко. Это личный разговор! — вспыхнула свекровь и бросилась к дверям террасы, но моя мама перехватила ее за локоть и дернула на себя.
— Нет у женатого мужчины личных разговоров, — сурово заметила моя мать.
— Я думала, что ты порадуешься ведь у нас родиться сын, — радостно выдала девушка на другом конце трубки, и мое сердце оборвалось.
Олег.
У нас две дочери.
Точнее пока одна Лина и вторую я ношу под сердцем уже семь месяцев. И я думала, что этого достаточно для счастливой семьи и крепкого брака.
Но нет.
Сына мой муж сделал другой женщине.
Сына!
Олег очень хотел маленькую копию себя.
И когда мы узнали, что у нас будет вторая дочка, муж хлопнул себя по колену и сказал:
— Варюш, бог любит троицу. Будет у нас сын, но позже.
Откуда же мне было тогда знать, что он не захочет ждать мифического позже и заведет ребенка на стороне с другой.
Свекровь вырвала руку и дернулась к двери, и в этот момент Олег произнес:
— Поговорим позднее... — муж протянул это медленно и точно так же медленно, словно почуяв четыре пары глаз направленных на его спину, обернулся и посмотрел сквозь стеклянную дверь.
Его губы дрогнули показывая зубы, словно в оскале.
Он наверно понял, что произошло и почему-то пристально глядя мне в глаза, произнес собеседнице:
— Лично.
2.
Муж отключил вызов. Склонил голову к плечу, и я зажмурила глаза.
— Что произошло? — спросил хрипло Олег, и я не смогла ответить. Язык не поворачивался. А сердце стучало уже в ушах, оглашая своим набатным грохотом все сознание.
— Ну это ты нам скажи, любимый зять, что произошло? — спросила моя мама и упала на диванчик. Олег вскинул бровь.
— У меня ничего, — как всегда холодно отозвался Олег — А у вас? Вы словно на поминках.
Лина тихо обошла меня и встала сбоку. Потупила глазки в пол и тяжело вздохнула.
