— Невтерпёж? — с улыбкой спросила мама и всунула мне в рот ложку с пловом. С довольным стоном я прожевала вкуснятину и протянула пустую тарелку с мультяшным зайкой по центру. Запоздало подумала, что, скорее всего, это детская тарелка младшего Астахова.
Запахи еды были столь яркими и насыщенными, что даже голова немного закружилась. Вот даже не уловила как, но вот отец только что сидел за столом, ел, а вот уже поддерживает меня под локоть. Я только промычала:
— А как…
Ухмыльнувшись, он ответил:
— Привыкай. Теперь мне больше не нужно сдерживаться рядом с тобой.
— Я не понимаю… — встряхнув головой, сосредоточенно посмотрела на отца и маму. Мама уже поставила на стол перед нами наполненные тарелки. А сейчас крупными кусками нарезала огурцы и помидоры на широкую тарелку. — Почему вы мне ничего не рассказывали?
Глава 22. Разговор
Родители переглянулись, как два заговорщика. Первой заговорила мама, отложив нож в сторону и присев на стул.
— Сначала поешь, потом разговоры вести будем. Это надолго.
Оба моих родителя имели непростые характеры.
Вообще удивительно, как две такие сильные личности нашли точки соприкосновения и практически никогда не ругались.
Сама мама тоже принялась за поздний ужин с самым невозмутимым видом. Отец продолжил прерванную трапезу, поглядывая на меня через край кружки.
Я молча согласилась, что на голодный желудок разговор совсем не тот, что на сытый. И с аппетитом умяла свою порцию. После заварила на всех чай. У Астаховых нашёлся мой любимый сорт красного чая.
Вернувшись за стол, повторила свой вопрос, теперь уже уверенная в том, что получу на него ответ.
— У этой истории давнее начало, Кристина, — рассказывать взялся отец. — Эрика лишь наполовину оборотень, — мама кивнула, подтверждая его слова.
— Я с твоим отцом живу столько, сколько тебе лет, но до сих пор не могу до конца осознать вашу природу. У меня нет Волчицы. Я росла человеком, не зная, что наполовину оборотень. Регенерация, слух, зрение, скорость — всё это у меня есть на низком уровне, как для оборотня, но намного лучше, чем у человека.
— Как бы там ни было, но твоя мама оказалась для меня Парой, — отец взял со стола мамину руку и, развернув ладонью к себе, поцеловал в серединку. В ответ он получил мягкую улыбку мамы. Я всегда поражалась, как она менялась в присутствии папы. По жизни мама достаточно резкая, волевая, а рядом с папой — нежный трепетный цветочек.
Я бросила хмурый взгляд на шею мамы. Как раньше не было, так и сейчас там не наблюдалось никаких меток.
