Измена. Обман. Развод или другие приключения разведенки (СИ)

Дважды был женат, оба раза неудачно, а их мам не видел ни разу, поэтому и не угадал с жёнами. А вот смотрю на твою маму и вижу, надо брать тебя срочно в жёны. С такой мамой не пропадешь!

— Вышутите, Владимир!

— Опять на вы? Обижаешь.

— Владимир! У нас не близкие отношения, чтобы я вам тыкала.

— Ну как не близкие? Голым вы меня видели, фаллос свой в силиконовой отливке я вам дарил, вы лучше меня меня знаете, — усмехнулся Волков.

— Владимир, вам не говорили, что напоминать женщине о том, как она опростоволосилась, некрасиво, — надула губки Диана.

— Ах, Дианочка, я исправлюсь, — заржал Волков. — Только ты мне не выкай, я себя неуверенно чувствую, как на званом приеме.

Они подъехали к тому ресторану, где когда-то познакомились, когда раздался звонок. На экране высветилось «Николай».

— Да, Коля, — принял звонок Владимир.

— Володь, час назад со следственного эксперимента сбежал Максим Глушко.

— Ну и хер на него, — спокойно бросил Волков. — Мы в ресторане.

— Давай, я пришлю ребят вас подстраховать? — голос Николая излучал крайнюю степень обеспокоенности.

— Коль, мы, возможно, тут и останемся, — тихо проговорил Волков, скосив глаза на Диану.

— Ну, хрен тебе моржовый, — вдруг заржал Коля. — Это ещё та конфетка, хрен просто так даст!

— Надежда умирает последней, — шикнул на него Владимир.

— Ладно, но охрану я тебе пришлю. На этаже парни будут, возле твоего номера.

Они шли по стоянке, огибая припаркованные машины, до шахты лифта осталась пройти всего метров пятьдесят, когда он вышел им навстречу.

Диана сразу его узнала и схватила Волкова за рукав пальто, резко подавшись назад.

Как в замедленной съемке медленно поднимается рука с пистолетом. На его черном стволе играли блики от фонарей, дульный срез — это черная дыра, страшная пропасть, от которой не отвести глаз. На спине и висках выступил пот от страха. Руки медленно трясутся.

Волков делает шаг назад и закрывает собой Диану. Из-за его плеча торчит только её макушка.

— Умри, сука! — раздается под сводами подземной парковки.

И неудачник нажимает курок. Он почти не целится, ствол раскачивается вверх-вниз, хотя явно пытается попасть в макушку. Пули летят.

— Ааааааа, су-каааааа! — звук голоса разносится по всей округе, перемешивается со звук стрельбы, резонирует, отскакивает от стен, утраиваясь.

— Суууу-каааа! — орет Максим.

И вдруг дергается, как марионетка. Его подбрасывает. Из груди вырывается облачко газов.