Измена. Обман. Развод или другие приключения разведенки (СИ)

— Вы же не могли предугадать, что он встретит нас у ресторана.

— Я должен наперед предугадывать, думать на десять ходов наперед, это моя работа.

— А он вас и не искал, машину он угнал. Следил за тобой, потом просто поехал за вами, встретил на парковке. Машину нашли, стоящую снаружи. Камеры в вашем коттеджном поселке её зафиксировали на выезде. Стоял он час, ждал.

— Вот что человеку не жилось?

Они сидели возле операционных почти два часа. Волкова переместили в бокс интенсивной терапии.

Усталый врач-хирург вышел к ним.

— Все хорошо. Ему повезло, пуля два миллиметра до сосуда не дошла. Если бы не везение, то могли до операционной и не довезти. А так легкое зашили, через плечо насквозь пуля прошла, ключица будет заживать чуть подольше. Живучий он, организм здоровый, все будет хорошо.

Диана и Николай выдохнули.

— Он два дня будет в палате интенсивной терапии, потом переведем в обычную палату, тогда и приходите навестить.

И врач шаркающей походкой пошёл в ординаторскую.

— Пойду, коньяк им занесу, — махнул в сторону кабинета Коля.

На следующий день Владимир не пришёл в сознание.

Диана стояла возле стеклянной стены, что отделяла её от отделения интенсивной терапии, и смотрела на опутанного трубками и датчиками Волкова. Его лицо настолько белое и восковое, что сливалось с цветом простыней. Сильные руки в узлах вен лежали поверх одеяла, мощная грудная клетка вздымалась и опадала. Пищали приборы, на мониторах изгибались кривые линии.

Она стояла и смотрела, одинокая слеза прочертила кривую дорожку по её щеке. Там на койке лежал человек, который закрыл её от пуль. На плече повязка, одна рука согнута и приподнята так, что напоминает времена, когда они сидели за партами, сложив перед собой руки. Под рукой надувной баллон, который удерживает руку в правильном положении. На грудной клетке большая повязка, одна из пуль, сломав ребра, попала в легкое.

— Диана, тебе надо отдохнуть, — бубнит над её ухом Николай. — Ты ему ничем не поможешь.

— Я буду ждать, когда он очнется, — стояла на своем Диана.

Ей в ответ был только тяжелый вздох. Николай давно уже понял, что она девица с тяжелым и вредным характером. Поэтому просто молча ухаживал за ней: приносил ей воду и кофе, еду для перекуса, даже раздобыл стул.

Владимир очнулся через три дня.