Измена

Жуткое подозрение, что Влад перенёсся на десять лет назад, укреплялось с каждым днём. Ему казалось, что он каждую секунду может снова остаться без Стаси, не потому что подозревал её в чём-то, а потому, что она своим поведением и действиями преподносила ему это ощущение, как на блюде. Сначала он услышал обрывок её разговора, в котором она договаривалась встретиться с кем-то, потом — увидел, как её подвозит к дому какой-то мужчина на дорогой машине. А Влад не мог понять сам себя. То ли злился на происходящее, то ли чувствовал облегчение.

То ли ему хотелось расставить все точки над «i» со Стасей, то ли она просто его раздражала…

А быть может, он всегда хотел увидеть, прочувствовать в ней ту самую Станиславу, которая жила в его воспоминаниях? Порой Влад ловил себя на мысли, что он жутко раздражён какой-то мелочью, которую раньше просто не замечал. Он злился на то, что Стася по несколько часов проводит во всякого рода салонах и прочих подобных местах, а следом его охватывало облегчение, как раз от того, что она пропадает там, потому что вдруг осознавал, что не хочет её видеть.

И вот вчера Стася завела разговор о том, что им бы не помешало узаконить свои отношения. Чувство оторопи, которое охватило Влада от этого предложения, трудно было описать словами. Оно очень быстро сменилось гневом за то, что она предлагает ему такое, ведь он был женат на Злате. А ещё ему до боли в сжавшихся челюстях захотелось защищать своё.

Да, именно чувство, что у него пытаются отобрать «его личное» стало тем, что по-хозяйски поселилось по соседству со страхом вернуться в прошлое.

Мало того, он понимал, что обокрал себя сам. Ведь именно он лишил себя семьи, понять всю важность которой смог только тогда, когда потерял. Он не видел Злату три недели, безуспешно пытаясь разыскать жену. Хотя, ради справедливости нужно сказать, что первая неделя без неё прошла под лозунгом «Уходишь? Уходи!», и этим лозунгом Влад упивался, прикрывал им истинные чувства. Им же и жил, совершенно не желая впускать в себя какие-либо эмоции, связанные с уходом Златы. Он занимался самообманом, потому что эти эмоции и нельзя было впустить — они были в нём априори, поселившись в тот самый момент, когда он наблюдал в окно как от него уходит жена. А ещё Влад совершенно отчётливо понял, что совершенно ничего не знал о Злате. Ни того, с кем она дружит, ни того, чем интересуется. Помнил только, что Злата рассказывала ему что-то. О какой-то Диане и Ярославе. Или о ком-то подобном.