Измена по-венециански

Он снял с металлической стойки пластиковую емкость с лекарством и заменил ее другой, которую принес с собой.

Глаза женщины открылись.

— Просыпайтесь, — сказал Винченти.

Пытаясь понять, что происходит, она несколько раз моргнула, а затем с видимым усилием приподнялась на подушках.

— Кто вы?

— Мне известно, что в последнее время друзья у вас были в большом дефиците, но я ваш друг.

— Я вас знаю?

Он отрицательно мотнул головой.

— Вы меня знать не можете, а вот я знаю про вас довольно много. Расскажите, каково это — быть любовницей Ирины Зовастиной?

Странно было слышать подобный вопрос от незнакомца, появившегося в ее комнате посередине ночи, но она лишь пожала плечами:

— А вам-то что за дело?

— Я знаком с ней на протяжении многих лет, но ни разу не испытывал симпатии — ни по отношению к ней, ни с ее стороны.

Как это удавалось вам?

— Этот вопрос я задавала сама себе сотни раз.

Он обвел взглядом комнату. Каждый предмет здесь отличался элегантностью и дороговизной, как и все остальное в этом доме.

— Недурно тут у вас.

— Почему-то меня это мало радует.

— И все-таки, когда вы заболели, когда у вас обнаружилась положительная реакция на ВИЧ, вы вернулись к ней. Вернулись после того, как несколько лет пропадали неизвестно где.

— Вам многое обо мне известно.

— Чтобы вернуться, вы должны были испытывать по отношению к ней определенные чувства.

Больная вновь откинулась на подушки.

— Иногда она бывает дурой.

Винченти слушал внимательно, стараясь не пропустить ни одного слова.

— Она считает себя Ахиллесом, а меня — своим Патроклом.

Или, хуже того, она — Александр Великий, а я — ее Гефестион. Я миллион раз слышала от нее истории про них. Вы знаете «Илиаду»?

Винченти кивнул.

— Ахиллес чувствовал вину за смерть Патрокла. Он позволил своему любовнику повести войска в битву, прикинувшись им, Ахиллесом. Александр Великий считал себя виновником смерти Гефестиона.

— Вы неплохо знаете историю и литературу.

— Да ни черта я не знаю. Просто наслушалась ее болтовни.

— В чем же заключается ее дурость?

— Она хочет спасти меня, но не осмеливается признаться в этом.

Она приезжает сюда, смотрит на меня, даже грубит, но неизменно пытается меня спасти. Я знала ее слабость по отношению ко мне, вот и решила вернуться сюда, будучи уверенной в том, что за мной будет наилучший уход.

— И это несмотря на то, что вы ее ненавидите.

— Поверьте, у человека в моем положении выбор небогатый.

— Вы на удивление откровенны с человеком, которого видите впервые.